Каждый раз, когда возвращался отшельник в деревню, его встречали попреками, бранью, побоями, но все он сносил безропотно и в духовной радости любезно принимал озлобления, памятуя мучеников, за Христа когда-то еще не то потерпевших.
Как у нашего царя, Христа батюшки, Так положено, так уложено: Кому в ангелах быть и архангелом служить, Кому быть во пророках, кому в мучениках, Кому быть во святых, кому в праведных. Как у нашего царя, Христа батюшки, Уж и есть молодцы, все молоденькие, Они ходят да гуляют по Сионской по горе, Они трубят во трубы живогласные, От них слышны голоса во седьмые небеса…
— Да не в том дело, — прервала ее Аграфена Петровна. — Пошла ли бы ты за Петра Степаныча? Вот о чем я тебя спрашиваю… Пожалей ты его… Он, бедняжка, теперь сам не свой, от хлеба даже отбился. Мученик, как есть мученик… Что ж ты скажешь мне? Пошла бы?
Предложения из русской классики со словом «мученик»
Ступай в стан князя Пожарского, ополчись оружием земным против общего врага нашего и, если господь не благоволит украсить чело твое венцом мученика, то по окончании брани возвратись в обитель нашу для принятия ангельского образа и служения господу не с оружием в руках, но в духе кротости, смирения и любви.
Вы падете — мы запишем на вечную память всему миру ваши громкие имена в наши святые мартирологи, мы вплетем их в славный венец наших мучеников свободы.
— Одна, сударь, одна, — отвечал Захария. — Одна была пресвятая наша владычица богородица, одна и просфора в честь ее вынимается; да-с, одна. А там другая в честь мучеников, в честь апостолов, пророков…
Святые люди, отшельники, затворники, схимники, столпники, пустынники, мученики — не чета мне по крепости духа, — и они падали в борьбе с искушением дьявольской плоти.
Объединённые строгой системой православия, они отстаивали империю как своё отечество, ибо предками своими считали не диких горцев или пиратов, а святых мучеников первых веков христианства.
Объединённые строгой системой православия, они отстаивали империю как своё отечество, ибо предками своими считали не диких горцев или пиратов, а святых мучеников первых веков христианства.
И вот уже впервые публично пролилась кровь христианского мученика.
Но… чем страшнее были зверства, чем больше становилось мучеников, тем быстрее росли христианские общины.