Между тем на востоке России в 1771 году возник так называемый «Яикский бунт». Яикские (ныне уральские) казаки, недовольные нововведениями в
их внутреннем управлении, восстали открыто, но были усмирены вооруженною силой. Возмущение было подавлено, но недовольство казаков еще более усилилось.
Они представляли
самую удобную почву для внутренних замешательств, которые могли
грозить серьезною опасностью государству. Замешательства не замедлили обнаружиться: летом 1773 года явился Пугачев.
В ответных письмах
он то уверял ее в пламенной любви, то, сомневаясь в ее рассказах и напоминая прежние скандальные ее похождения, отказывался от ее руки, то
грозил поступить в монахи, если она покинет
его, то умолял ее откровенно рассказать
ему всю истину, за что
он простит ей все прошедшее, то просил скорее выслать
ему метрическое свидетельство, уверяя, что связь
их лежит тяжелым камнем на
его совести, а брак может сделать
его совершенно счастливым, но этот брак должен быть совершен не иначе, как по обряду римской церкви, к которой и
сама она должна присоединиться.