Неточные совпадения
— А чтоб никому обиды не было, — решил дядя Онуфрий. — Теперича, как до истинного конца дотолковались, оно и свято дело, и думы нет ни себе, ни нам, и сомненья промеж нас никакого не будет. А не
разберись мы до последней нитки, свара, пожалуй,
в артели пошла бы, и это уж последнее дело… У нас все на согласе, все на порядках… потому — артель.
И доставались бабам колотухи здоровенные… Доставались и тем, что
в те поры, как сдавали Карпушку
в ученье, и бабами еще не были. Не разбирать же стать, когда мужичьему кулаку расходиться вздумается. Пущай бабье меж собой
разбираются: котора из них правая, котора виноватая.
Количество таких воспоминаний и вопросов возрастало, они становились все противоречивей, сложней. Чувствуя себя не в силах
разобраться в этом хаосе, Клим с негодованием думал:
Многие находили, что у меня есть психологические способности и умение
разбираться в людях, я не склонен ни к иллюзиям очарования, ни к разочарованию и низвержению предметов увлечения.
Неточные совпадения
— Вот у вас все так: можно и не мести, и пыли не стирать, и ковров не выколачивать. А на новой квартире, — продолжал Илья Ильич, увлекаясь сам живо представившейся ему картиной переезда, — дня
в три не
разберутся, все не на своем месте: картины у стен, на полу, галоши на постели, сапоги
в одном узле с чаем да с помадой. То, глядишь, ножка у кресла сломана, то стекло на картине разбито или диван
в пятнах. Чего ни спросишь, — нет, никто не знает — где, или потеряно, или забыто на старой квартире: беги туда…
В прежние года покосы
разбирались мужиками по двадцати рублей за десятину.
— Да у вас
в душе такой хаос теперь, что ничего не найдете, — сказал Катавасов. — Погодите, как
разберетесь немножко, то найдете!
Левин совершенно не понимал,
в чем было дело, и удивлялся той страстности, с которою
разбирался вопрос о том, баллотировать или не баллотировать мнение о Флерове.
Старик, сидевший с ним, уже давно ушел домой; народ весь
разобрался. Ближние уехали домой, а дальние собрались к ужину и ночлегу
в лугу. Левин, не замечаемый народом, продолжал лежать на копне и смотреть, слушать и думать. Народ, оставшийся ночевать
в лугу, не спал почти всю короткую летнюю ночь. Сначала слышался общий веселый говор и хохот за ужином, потом опять песни и смехи.