Неточные совпадения
Иосаф царевич,
Сын царя индейского,
Просит купца-старца:
«
Покажи мне каменек,
Покажи мне
дорогой,
Я увижу и спознаю
Ему цену».
Епископа брат путь-дорогу привезенному маслу
показывал, куда, значит, следует идти ему.
— Ишь ты премудрость какая!.. До чего только люди не доходят, — удивился Патап Максимыч. — Ну, как же нам
дорогу твоя матка
покажет?
— Московского гостя
дорогого в заднюю, — сказала Манефа, — а его, — прибавила,
показывая на Алексея, — в светелку. Вели постели стлать… Пожитки ихние туда перенесть. Сейчас же.
— Чем же
дорогого гостя мне потчевать? Ведь этим треклятым зельем поганиться с нами не станешь? — молвил Сергей Андреич,
показывая на ящик с сигарами. — Чайком разве побаловаться?.. Недаром же нас, нижегородов, водохлебами зовут… Эй! — крикнул он, хлопнув три раза в ладоши.
«Эх, — чаще да чаще стал подумывать сам с собой Карп Алексеич, — кого бы одеть в шелки-бархаты, кого б изукрасить
дорогими нарядами, кого б в люди
показать: глядите, мол, православные, какова красавица за меня выдана, каково краснó она у меня изукрашена!..
— Матушка… да я… — зачала было Устинья, но Манефа, отступя от порога в сторону, рукой
показала ей
дорогу и одно только слово промолвила...
Он даже успел сунуть неприметно в руку; дело, впрочем, было ясное и законное, и, во всяком случае, тут помощь ближе была. Раздавленного подняли и понесли; нашлись помощники. Дом Козеля был шагах в тридцати. Раскольников шел сзади, осторожно поддерживал голову и
показывал дорогу.
Вихров велел сотскому
показывать дорогу и пошел. Мелков, очень слабый, как видно, на ногах, следуя за ним, беспрестанно запинался. Мужики шли сзади их. Время между тем было далеко за полдень. Подойдя к лесу, Вихров решился разделить свои силы.
Вася вертелся около матери и
показывал дорогой гостье свои крепкие кулаки, что ее очень огорчало: этот мальчишка-драчун отравил ей все удовольствие поездки, и Нюрочка жалась к отцу, ухватив его за руку.
Неточные совпадения
А тот… но после всё расскажем, // Не правда ль? Всей ее родне // Мы Таню завтра же
покажем. // Жаль, разъезжать нет мочи мне: // Едва, едва таскаю ноги. // Но вы замучены с
дороги; // Пойдемте вместе отдохнуть… // Ох, силы нет… устала грудь… // Мне тяжела теперь и радость, // Не только грусть… душа моя, // Уж никуда не годна я… // Под старость жизнь такая гадость…» // И тут, совсем утомлена, // В слезах раскашлялась она.
— Направо, что ли? — с таким сухим вопросом обратился Селифан к сидевшей возле него девчонке,
показывая ей кнутом на почерневшую от дождя
дорогу между ярко-зелеными, освеженными полями.
— Эй, Пелагея! — сказала помещица стоявшей около крыльца девчонке лет одиннадцати, в платье из домашней крашенины и с босыми ногами, которые издали можно было принять за сапоги, так они были облеплены свежею грязью. — Покажи-ка барину
дорогу.
С ребятами, с дево́чками // Сдружился, бродит по лесу… // Недаром он бродил! // «Коли платить не можете, // Работайте!» — А в чем твоя // Работа? — «Окопать // Канавками желательно // Болото…» Окопали мы… // «Теперь рубите лес…» // — Ну, хорошо! — Рубили мы, // А немчура
показывал, // Где надобно рубить. // Глядим: выходит просека! // Как просеку прочистили, // К болоту поперечины // Велел по ней возить. // Ну, словом: спохватились мы, // Как уж
дорогу сделали, // Что немец нас поймал!
Она не выглянула больше. Звук рессор перестал быть слышен, чуть слышны стали бубенчики. Лай собак
показал, что карета проехала и деревню, — и остались вокруг пустые поля, деревня впереди и он сам, одинокий и чужой всему, одиноко идущий по заброшенной большой
дороге.