Неточные совпадения
— Какие шутки! — на всю комнату крикнул Макар Тихоныч. — Никаких шуток нет. Я, матушка, слава тебе Господи, седьмой десяток
правдой живу, шутом сроду не бывал… Да что с тобой, с бабой, толковать — с родителем лучше решу… Слушай, Гаврила Маркелыч, плюнь на Евграшку, меня возьми
в зятья — дело-то не
в пример будет ладнее. Завтра же за Марью Гавриловну дом запишу, а опричь того пятьдесят тысяч капиталу чистоганом вручу… Идет, что ли?
Ну, грешным делом, хоть и шумело у меня
в голове, и хоть то слово во хмелю было сказано, однако ж я завсегда
правдой живу: от слова не пячусь.
—
Правда твоя,
правда, Пантелеюшка, — охая, подтвердила Таифа. — Молодым девицам с чужими мужчинами
в одном доме
жить не годится… Да и не только
жить, видаться-то почасту и то опасливое дело, потому человек не камень, а молодая кровь горяча… Поднеси свечу к сену, нешто не загорится?.. Так и это… Долго ль тут до греха? Недаром люди говорят: «Береги девку, что стеклянну посуду, грехом расшибешь — ввек не починишь».
— Одно пустое дело!.. — стоял на своем Патап Максимыч. — Захочешь спасаться, и
в миру спасешься —
живи только по добру да по
правде.
Знаю одно: где муж да жена
в любви да совете, по добру да по
правде живут,
в той семье сам Господь
живет.
— Счастье не
в воле, а
в доле, — тихо и нежно сказала Манефа. — Неволя только крушит, а воля человека губит… Да и на что же ты ропщешь? Не
в темнице
живешь, за затворами да запорами?.. Разве нет тебе воли во всем?.. Говори скорей, не томи меня, всю
правду скажи. Слюбилась, что ли, с кем?
— Молись же Богу, чтоб он скорей послал тебе человека, — сказала Аграфена Петровна. — С ним опять, как
в детстве бывало, и светел и радошен вольный свет тебе покажется, а людская неправда не станет мутить твою душу.
В том одном человеке вместится весь мир для тебя, и, если будет он
жить по добру да по
правде, успокоится сердце твое, и больше прежнего возлюбишь ты добро и
правду. Молись и ищи человека. Пришла пора твоя.
—
Поживете, сударь мой, Петр Степаныч, с мое, узнаете ихнюю
правду! Вор народ, одно слово вор… Страху не стало, всякий сам себе
в нос подувает, — сказал Смолокуров, отирая лоб от крупного пота после пятой или шестой чашки чая.
Тогда будут
жить в правде и свободе для красоты, и лучшими будут считаться те, которые шире обнимут сердцем мир, которые глубже полюбят его, лучшими будут свободнейшие — в них наибольше красоты!
Надо видеть и понимать, что я каждый день вижу пред собой: вечные неприступные снега гор и величавую женщину в той первобытной красоте, в которой должна была выйти первая женщина из рук своего Творца, и тогда ясно станет, кто себя губит, кто
живет в правде или во лжи — вы или я.
Неточные совпадения
Впрочем, если сказать
правду, они всё были народ добрый,
жили между собою
в ладу, обращались совершенно по-приятельски, и беседы их носили печать какого-то особенного простодушия и короткости: «Любезный друг Илья Ильич», «Послушай, брат, Антипатор Захарьевич!», «Ты заврался, мамочка, Иван Григорьевич».
— Хоть
в газетах печатайте. Какое мне дело?.. Что, я разве друг его какой?.. или родственник?
Правда, мы
жили долго под одной кровлей… А мало ли с кем я не
жил?..
Она поняла, что проиграла и просияла ее жизнь, что Бог вложил
в ее жизнь душу и вынул опять; что засветилось
в ней солнце и померкло навсегда… Навсегда,
правда; но зато навсегда осмыслилась и жизнь ее: теперь уж она знала, зачем она
жила и что
жила не напрасно.
— Ты засыпал бы с каждым днем все глубже — не
правда ли? А я? Ты видишь, какая я? Я не состареюсь, не устану
жить никогда. А с тобой мы стали бы
жить изо дня
в день, ждать Рождества, потом Масленицы, ездить
в гости, танцевать и не думать ни о чем; ложились бы спать и благодарили Бога, что день скоро прошел, а утром просыпались бы с желанием, чтоб сегодня походило на вчера… вот наше будущее — да? Разве это жизнь? Я зачахну, умру… за что, Илья? Будешь ли ты счастлив…
Потупился, задумался, //
В тележке сидя, поп // И молвил: — Православные! // Роптать на Бога грех, // Несу мой крест с терпением, //
Живу… а как? Послушайте! // Скажу вам правду-истину, // А вы крестьянским разумом // Смекайте! — // «Начинай!»