Неточные совпадения
— Хорошо, хорошо, Алексеюшка,
доброе слово ты молвил, — дрогнувшим от умиления
голосом сказал Патап Максимыч. — Родителей покоить — Божью волю творить… Такой человек вовеки не сгибнет: «Чтый отца очистит грехи своя».
— Ах, Флена Васильевна! — вскликнул Алексей. Не заметно было в его
голосе, чтоб обрадовался он нечаянной встрече со старой знакомой. — Все ли в
добром здоровье?.. — прибавил он, заминаясь.
Слова не может вымолвить Таня… Так вот она!.. Какая ж она
добрая, приветная да пригожая!.. Доверчиво смотрит Таня в ее правдой и любовью горевшие очи, и любо ей слышать мягкий, нежный, задушевный
голос знахарки… Ровно обаяньем каким с первых же слов Егорихи возникло в душе Тани безотчетное к ней доверие, беспричинная любовь и ничем не оборимое влеченье.
Василий Борисыч из обители вышел, и неспешными шагами идет он к большому кресту. Подошел, остановился, положил перед крестом семипоклонный начал, ровно перед
добрым делом… От креста по узкой тропинке к темному лесочку пошел. Фленушка приметила гостя, только что выбрался он на всполье,
голос ему подала. Подошел к девицам Василий Борисыч.
— Утешь ты меня, успокой, моя милая, дорогая ты моя Фленушка! — молящим
голосом говорила Манефа. — Спокойно б я тогда померла, все бы
добро к тебе перешло, без страха б за тебя, без печали закрыла очи на смертном одре, без земных бы забот предстала пред Создателя…
Едва показалась на крыльце мать Манефа, пришлые богомольцы стали ей кланяться, и далеко разносились сотни
голосов, благодаривших гостеприимную игуменью и желавших ей со всей обителью
доброго здравия и вечного спасения.
А была б у нас сказка теперь, а не дело, — продолжала Фленушка взволнованным
голосом и отчеканивая каждое слово, — был бы мой молодец в самом деле Иваном-царевичем, что на сивке, на бурке, на вещей каурке, в шапке-невидимке подъехал к нам под окно, я бы сказала ему, всю бы правду свою ему выпела: «Ты не жди, Иван-царевич, от меня
доброй доли, поезжай, Иван-царевич, по белому свету, поищи себе, царевич, жены по мысли, а я для тебя не сгодилась, не такая я уродилась.
— Благодарим покорно, родимый ты мой Петр Степаныч, — заговорила она сладеньким
голосом. — Благодарим покорно за ваше неоставление. Дай вам, Господи,
доброго здравия и души спасения. Вóвеки не забудем вашей любви, завсегда пребудем вашими перед Господом молитвенницами.
— Э!.. Шут гороховый! — вскрикнул Чапурин
добрым мягким
голосом. — Упредил, леший ты этакий!..
Мы остановились, сошли с роспусков, подошли близко к жнецам и жницам, и отец мой сказал каким-то
добрым голосом: «Бог на помощь!» Вдруг все оставили работу, обернулись к нам лицом, низко поклонились, а некоторые крестьяне, постарше, поздоровались с отцом и со мной.
Всё, что он видел и слышал, было так мало сообразно с его прошедшими, недавними впечатлениями: паркетная светлая, большая зала экзамена, веселые,
добрые голоса и смех товарищей, новый мундир, любимый царь, которого он семь лет привык видеть, и который, прощаясь с ними со слезами, называет их детьми своими, — и так мало всё, что он видел, похоже на его прекрасные, радужные, великодушные мечты.
— Как, сударь, не узнать, — отвечал тот
добрым голосом, и оба они обнялись и поцеловались, но не в губы, а по-масонски, прикладывая щеку к щеке, после чего Антип Ильич, поклонившись истово барину своему и гостю, ушел.
Неточные совпадения
— Ясные паны! — произнес жид. — Таких панов еще никогда не видывано. Ей-богу, никогда. Таких
добрых, хороших и храбрых не было еще на свете!.. —
Голос его замирал и дрожал от страха. — Как можно, чтобы мы думали про запорожцев что-нибудь нехорошее! Те совсем не наши, те, что арендаторствуют на Украине! Ей-богу, не наши! То совсем не жиды: то черт знает что. То такое, что только поплевать на него, да и бросить! Вот и они скажут то же. Не правда ли, Шлема, или ты, Шмуль?
— А, Захар Трофимыч:
добро пожаловать! Давно вас не видно! — заговорили на разные
голоса кучера, лакеи, бабы и мальчишки у ворот.
На все четыре стороны // Поклон, — и громким
голосом // Кричит: «Эй, люди
добрые!
— Auf, Kinder, auf!.. s’ist Zeit. Die Mutter ist schon im Saal, [Вставать, дети, вставать!.. пора. Мать уже в зале (нем.).] — крикнул он
добрым немецким
голосом, потом подошел ко мне, сел у ног и достал из кармана табакерку. Я притворился, будто сплю. Карл Иваныч сначала понюхал, утер нос, щелкнул пальцами и тогда только принялся за меня. Он, посмеиваясь, начал щекотать мои пятки. — Nu, nun, Faulenzer! [Ну, ну, лентяй! (нем.).] — говорил он.
Воз был увязан. Иван спрыгнул и повел за повод
добрую, сытую лошадь. Баба вскинула на воз грабли и бодрым шагом, размахивая руками, пошла к собравшимся хороводом бабам. Иван, выехав на дорогу, вступил в обоз с другими возами. Бабы с граблями на плечах, блестя яркими цветами и треща звонкими, веселыми
голосами, шли позади возов. Один грубый, дикий бабий
голос затянул песню и допел ее до повторенья, и дружно, в раз, подхватили опять с начала ту же песню полсотни разных, грубых и тонких, здоровых
голосов.