Зачала артель галанить пуще прежнего. Спорам, крикам, бестолочи ни конца, ни середки… Видя, что толку не добиться, Патап Максимыч хотел уже
бросить дело и ехать на авось, но Захар, что-то считавший все время по пальцам, спросил его...
Неточные совпадения
— Сорвалось! — сквозь зубы молвил Алексей и
бросил испорченную чашку в сторону. Никогда с ним такого греха не бывало, даже и тогда не бывало, как, подростком будучи, токарному
делу учился. Стыдно стало ему перед токарями. По всему околотку первым мастером считается, а тут, гляди-ка,
дело какое.
Бросил свое
дело добрый человек и пустился на розыски.
Ваше
дело женское, еще туда-сюда, потому что домоседничаете и молитвам больше нашего навыкли, а как наш-от брат примется, курам на смех — хоть
дело все
брось…
— Так и есть, — подхватил Колышкин. — Жил в Сибири, да выехал в Россию «земляным маслом» торговать… Знаю этих проходимцев!.. Немало народу по миру они пустили, немало и в острог да в ссылку упрятали… Нет, крестный, воля твоя — это
дело надо
бросить.
Настя и Параша сидят в своих светелках сумрачные, грустные. На что Параша, ко всему безучастная, ленивая толстуха, и ту скука до того одолела, что хоть руки на себя поднимать. За одно
дело примется, не клеится, за другое — из рук вон валится: что ни зачнет, тотчас
бросит и опять за новое берется. Только и отрады, как завалиться спать…
— Меньше нельзя. Чужие
дела в руках, зря их
бросить нельзя, — ответил Василий Борисыч.
Воды озера никогда не мутятся; что ни
бросишь в них — не принимают, на другой же
день брошенное волной на берег выкинет.
— Нельзя, Патап Максимыч, — ответил Василий Борисыч. — Как же, не отдавши отчета,
дело я
брошу?.. У меня не одна в руках эта порученность, деньги тоже дадены. Как же мне без отчета не сдать? Сами посудите!
— Про это надо бы, Васенька, прежде было подумать, допрежь улангерского лесочка. А теперь, как
дело уж сделано, на увертки поздно идти, — молвил Семен Петрович. — Нет, дружище,
дело твое теперь вот какое: либо женись да принимай от тестя небольшие побои, либо
брось и на погибель иди, смертного часа жди.
Я понял его: бедный старик, в первый раз от роду, может быть,
бросил дела службы для собственной надобности, говоря языком бумажным, — и как же он был награжден!
Точно ребенок: там недоглядит, тут не знает каких-нибудь пустяков, там опоздает и кончит тем, что
бросит дело на половине или примется за него с конца и так все изгадит, что и поправить никак нельзя, да еще он же потом и браниться станет.
Но виновный был нужен для мести нежного старика, он
бросил дела всей империи и прискакал в Грузино. Середь пыток и крови, середь стона и предсмертных криков Аракчеев, повязанный окровавленным платком, снятым с трупа наложницы, писал к Александру чувствительные письма, и Александр отвечал ему: «Приезжай отдохнуть на груди твоего друга от твоего несчастия». Должно быть, баронет Виллие был прав, что у императора перед смертью вода разлилась в мозгу.
— Что за рыба принесла тебе поклон от покойника?.. Тюлень морской, что ли, с тобой разговоры водил? — захохотав недобрым смехом, сказал Марко Данилыч. — Сорока на хвосте басню принесет, а он в самое нужное время
бросает дела и мчится сюда без хозяйского спросу!.. С ума ты, что ли, сошел?
Неточные совпадения
— Пойди ты сладь с нею! в пот
бросила, проклятая старуха!» Тут он, вынувши из кармана платок, начал отирать пот, в самом
деле выступивший на лбу.
Молча с Грушницким спустились мы с горы и прошли по бульвару, мимо окон дома, где скрылась наша красавица. Она сидела у окна. Грушницкий, дернув меня за руку,
бросил на нее один из тех мутно-нежных взглядов, которые так мало действуют на женщин. Я навел на нее лорнет и заметил, что она от его взгляда улыбнулась, а что мой дерзкий лорнет рассердил ее не на шутку. И как, в самом
деле, смеет кавказский армеец наводить стеклышко на московскую княжну?..
«Если действительно все это
дело сделано было сознательно, а не по-дурацки, если у тебя действительно была определенная и твердая цель, то каким же образом ты до сих пор даже и не заглянул в кошелек и не знаешь, что тебе досталось, из-за чего все муки принял и на такое подлое, гадкое, низкое
дело сознательно шел? Да ведь ты в воду его хотел сейчас
бросить, кошелек-то, вместе со всеми вещами, которых ты тоже еще не видал… Это как же?»
Это было уже давно решено: «
Бросить все в канаву, и концы в воду, и
дело с концом». Так порешил он еще ночью, в бреду, в те мгновения, когда, он помнил это, несколько раз порывался встать и идти: «Поскорей, поскорей, и все выбросить». Но выбросить оказалось очень трудно.
— А чтобы те леший! — вскрикивает в ярости Миколка. Он
бросает кнут, нагибается и вытаскивает со
дна телеги длинную и толстую оглоблю, берет ее за конец в обе руки и с усилием размахивается над савраской.