Неточные совпадения
Рядом с Харитиной на первой скамье сидел
доктор Кочетов. Она была не рада такому соседству и старалась не дышать, чтобы не слышать перегорелого запаха водки. А
доктор старался быть с ней особенно любезным, как бывают любезными на похоронах с дамами в трауре: ведь она до некоторой степени являлась тоже героиней настоящего судного дня. После подсудимого публика уделяла ей самое большое внимание и следила за каждым ее движением. Харитина это чувствовала и инстинктивно
приняла бесстрастный вид.
Малыгинский дом волновался. Харитон Артемьич даже не был пьян и
принял гостей с озабоченною солидностью. Потом вышла сама Анфуса Гавриловна, тоже встревоженная и какая-то несчастная.
Доктор понимал, как старушке тяжело было видеть в своем доме Прасковью Ивановну, и ему сделалось совестно. Последнее чувство еще усилилось, когда к гостям вышла Агния, сделавшаяся еще некрасивее от волнения. Она так неловко поклонилась и все время старалась не смотреть на жениха.
Женившись,
доктор перестал пить и через год
принял вид нормального человека.
«За кого они меня
принимают, черт их всех побери?» — с ожесточением думал про себя
доктор, чувствуя, что всех ненавидит.
Галлюцинация продолжалась до самого утра, пока в кабинет не вошла горничная. Целый день потом
доктор просидел у себя и все время трепетал: вот-вот войдет Прасковья Ивановна. Теперь ему начинало казаться, что в нем уже два Бубнова: один мертвый, а другой умирающий, пьяный, гнилой до корня волос. Он забылся, только
приняв усиленную дозу хлоралгидрата. Проснувшись ночью, он услышал, как кто-то хриплым шепотом спросил его...
После этого он садился за свой письменный стол, писал отписки и приказания в деревни, сводил счеты, между делом журил меня,
принимал доктора, а главное — ссорился с своим камердинером.
Флюс же не проходил всю неделю лишь потому, что больной не хотел
принять доктора и вовремя дать разрезать опухоль, а ждал, пока нарыв сам прорвется.
Неточные совпадения
Только один больной не выражал этого чувства, а, напротив, сердился за то, что не привезли
доктора, и продолжал
принимать лекарство и говорил о жизни.
Новый
доктор достал трубочку и прослушал больного, покачал головой, прописал лекарство и с особенною подробностью объяснил сначала, как
принимать лекарство, потом — какую соблюдать диэту.
Нас не пускали к ней, потому что она целую неделю была в беспамятстве,
доктора боялись за ее жизнь, тем более что она не только не хотела
принимать никакого лекарства, но ни с кем не говорила, не спала и не
принимала никакой пищи.
Все это
приняло в глазах Самгина определенно трагикомический характер, когда он убедился, что верхний этаж дома, где жил овдовевший
доктор Любомудров, — гнездо людей другого типа и, очевидно, явочная квартира местных большевиков.
От Крицкой узнали о продолжительной прогулке Райского с Верой накануне семейного праздника. После этого Вера объявлена была больною, заболела и сама Татьяна Марковна, дом был назаперти, никого не
принимали. Райский ходил как угорелый, бегая от всех;
доктора неопределенно говорили о болезни…