Неточные совпадения
Какое-то странное волнение охватило Галактиона, точно он боялся чего-то не довезти и
потерять дорогой. А потом эта очищающая жажда высказаться, выложить всю
душу… Ему сделалось даже страшно при мысли, что отец мог вдруг умереть, и он остался бы навсегда с тяжестью на
душе.
Они по целым часам ждали его в банке,
теряя дорогое время, выслушивали его грубости и должны были заискивающе улыбаться, когда на
душе скребли кошки и накипала самая лютая злоба.
Тогда Иисус сказал ученикам своим: если кто хочет идти за мною, отвергнись себя и возьми крест свой и следуй за мною. Ибо кто хочет жизнь свою сберечь, тот потеряет ее; а кто
потеряет душу свою ради меня, тот обретет ее. Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? Или какой выкуп даст человек за душу свою?
Несомненно, что такое решение, даже с евангельской точки зрения — было падением, было сбереганием души, — тем сбереганием, о котором в Евангелии сказано: «кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее; а кто
потеряет душу свою ради Меня, тот сбережет ее».
Неточные совпадения
Признаюсь, я имею сильное предубеждение против всех слепых, кривых, глухих, немых, безногих, безруких, горбатых и проч. Я замечал, что всегда есть какое-то странное отношение между наружностью человека и его
душою: как будто с потерею члена
душа теряет какое-нибудь чувство.
Ведай, что предузнанное блаженство
теряет свою сладость долговременным ожиданием, что прелестность настоящего веселия, нашед утомленные силы, немощна произвести в
душе столь приятного дрожания, какое веселие получает от нечаянности.
Понемногу он
потерял все, кроме главного — своей странной летящей
души; он
потерял слабость, став широк костью и крепок мускулами, бледность заменил темным загаром, изысканную беспечность движений отдал за уверенную меткость работающей руки, а в его думающих глазах отразился блеск, как у человека, смотрящего на огонь.
Человек так свыкся с этими извечными идолами своей
души, так долго возлагал на них лучшие свои упования, что мысль о возможности
потерять их никогда отчетливо не представлялась уму.
А я, бывало, не только что смотреть с любопытством неразумным, я и взглянуть-то на него боялся. Измучен был я до болезни, и
душа моя была полна слез. Ночной даже сон
потерял.