Неточные совпадения
Слухи о
новой мельнице в
Прорыве разошлись по всей Ключевой и подняли на ноги всех старых мельников, работавших на своих раструсочных мельницах. Положим,
новая мельница будет молоть крупчатку, а все-таки страшно. Это была еще первая крупчатка на Ключевой, и все инстинктивно чего-то боялись.
Боже мой, как она была счастлива, а
новый дом на
Прорыве казался ей раем.
Новая крупчатая мельница действительно являлась ничтожеством по сравнению с грандиозным заводом. Было тут о чем подумать. Хлопотавший по постройке завода Штофф раза два завертывал в
Прорыв и ночевал.
Галактион попал в Суслон совершенно случайно. Он со Штоффом отправился на
новый винокуренный завод Стабровского, совсем уже готовый к открытию, и здесь услыхал, что отец болен. Прямо на мельницу в
Прорыв он не поехал, а остановился в Суслоне у писаря. Отца он не видал уже около года и боялся встречи с ним. К отцу у Галактиона еще сохранилось какое-то детское чувство страха, хотя сейчас он совершенно не зависел от него.
— Н-но-о? Ведь в кои-то веки довелось испить дешевки. Михей-то Зотыч, тятенька, значит, в Шабрах строится, Симон на
новой мельнице, а мы, значит, с Емельяном в
Прорыве руководствуем… Вот я и вырвался. Ах, братец ты мой, Галактион Михеич, и что вы только придумали! Уж можно сказать, што уважили вполне.
Неточные совпадения
Возможны периоды реакции и тьмы, как возможны и творческие
прорывы, повороты, раскрытие
новых аспектов мира,
новых миров.
— Другое дело вот мы, грешные, — продолжал он, не слушая меня, — в нас осталась натура первобытная, неиспорченная, в нас кипит, сударь, этот непочатой ключ жизни, в нас
новое слово зреет… Так каким же ты образом этакую-то широкую натуру хочешь втянуть в свои мизерные, зачерствевшие формы? ведь это, брат, значит желать протащить канат в игольное ушко! Ну, само собою разумеется, или ушко
прорвет, или канат не влезет!
Следует различать между расширением нашего опыта, открывающим нам
новые миры (безразлично, будет ли это мир, изучаемый телескопом или же астральным ясновидением), и его
прорывом, которым является соприкосновение с началом, трансцендентным миру, т. е. с Богом.
Все значительное и великое в истории, все подлинно
новое и есть
прорыв в экзистенциальном плане, в творческой субъективности.
Греческая трагедия, как и вершины греческой философии, указывали на неизбежность
прорыва за пределы замкнутого античного мира, они вели к
новому христианскому миру.