— Ах, братец ты мой! — ахал старик, встряхивая головой. — Покойник-то
к счастью, а все-таки тово… не совсем правильно. Ах ты, братец, и угораздило тебя!
Неточные совпадения
Счастье влюбленной в мужа Серафимы кололо глаза засидевшейся в деревне Анне. Вместе росли, а судьба разная. Анна начинала теперь придираться
к мужу и на каждом шагу ставила ему в пример Галактиона.
Она закрыла лицо руками и тихо заплакала. Он видел только, как вздрагивала эта высокая лебединая грудь, видел эти удивительные руки, чудные русалочьи волосы и чувствовал, что с ним делается что-то такое большое, грешное, бесповоротное и чудное. О, только один миг
счастья, тень
счастья! Он уже протянул
к ней руки, чтоб схватить это гибкое и упругое молодое тело, как она испуганно отскочила от него.
Конечно, причиной и единственным источником этого
счастья был Галактион, и Вахрушка относился
к нему, как
к существу высшей породы.
Галактион сдержал слово и через полчаса вернулся в простой крестьянской телеге. Это было уже величайшее
счастье. Пани Стабровскую, Дидю и мисс Дудль усадили кое-как, а Стабровский поместился на облучке кучером. Галактион указал, по какому направлению им ехать
к пароходу. Через час телега подъезжала уже
к Ключевой, с парохода подавали лодку.
Именно ведь тем и хорош русский человек, что в нем еще живет эта общая совесть и что он не потерял способности стыдиться. Вот с победным шумом грузно работает пароходная машина, впереди движущеюся дорогой развертывается громадная река, точно бесконечная лента
к какому-то приводу, зеленеет строгий хвойный лес по берегам, мелькают редкие селения, затерявшиеся на широком сибирском приволье. Хорошо. Бодро. Светло. Жизнь полна. Это
счастье.
Я ехал на перекладных из Тифлиса. Вся поклажа моей тележки состояла из одного небольшого чемодана, который до половины был набит путевыми записками о Грузии. Большая часть из них,
к счастию для вас, потеряна, а чемодан с остальными вещами, к счастию для меня, остался цел.
Тарас увидел свою неосторожность, но упрямство и досада помешали ему подумать о том, как бы исправить ее.
К счастию, Янкель в ту же минуту успел подвернуться.
Так, например, однажды часть галереи с одной стороны дома вдруг обрушилась и погребла под развалинами своими наседку с цыплятами; досталось бы и Аксинье, жене Антипа, которая уселась было под галереей с донцом, да на ту пору,
к счастью своему, пошла за мочками.
Неточные совпадения
Вот, окружен своей дубравой, // Петровский замок. Мрачно он // Недавнею гордится славой. // Напрасно ждал Наполеон, // Последним
счастьем упоенный, // Москвы коленопреклоненной // С ключами старого Кремля; // Нет, не пошла Москва моя //
К нему с повинной головою. // Не праздник, не приемный дар, // Она готовила пожар // Нетерпеливому герою. // Отселе, в думу погружен, // Глядел на грозный пламень он.
Как он, она была одета // Всегда по моде и
к лицу; // Но, не спросясь ее совета, // Девицу повезли
к венцу. // И, чтоб ее рассеять горе, // Разумный муж уехал вскоре // В свою деревню, где она, // Бог знает кем окружена, // Рвалась и плакала сначала, // С супругом чуть не развелась; // Потом хозяйством занялась, // Привыкла и довольна стала. // Привычка свыше нам дана: // Замена
счастию она.
А
счастье было так возможно, // Так близко!.. Но судьба моя // Уж решена. Неосторожно, // Быть может, поступила я: // Меня с слезами заклинаний // Молила мать; для бедной Тани // Все были жребии равны… // Я вышла замуж. Вы должны, // Я вас прошу, меня оставить; // Я знаю: в вашем сердце есть // И гордость, и прямая честь. // Я вас люблю (
к чему лукавить?), // Но я другому отдана; // Я буду век ему верна».
Чичиков никогда не чувствовал себя в таком веселом расположении, воображал себя уже настоящим херсонским помещиком, говорил об разных улучшениях: о трехпольном хозяйстве, о
счастии и блаженстве двух душ, и стал читать Собакевичу послание в стихах Вертера
к Шарлотте, [Вертер и Шарлотта — герои сентиментального романа И.-В.
— Да я, знаете, так,
к слову говорю; а впрочем, желаю вам всякого
счастия и веселой дороги.