Неточные совпадения
По улицам везде бродил народ. Из Самосадки наехали пристановляне, и в Кержацком конце точно открылась ярмарка, хотя пьяных и не было видно, как в Пеньковке. Кержаки кучками проходили через плотину к заводской конторе, прислушивались к веселью в господском
доме и возвращались назад; по глухо застегнутым на медные пуговицы полукафтаньям старинного покроя и низеньким валеным шляпам с широкими полями этих кержаков можно было сразу отличить в толпе.
Крепкий и прижимистый народ, не скажет слова спроста.
Из общей массы построек крупными зданиями выделялись караванная контора с зеленою железною крышей и
дом Груздева, грузно присевший к земле своими
крепкими пристройками из кондового старинного леса.
— Да… Вот красноярский игумен есть, отец Михаил… Он, брат, вместил… Да еще как вместил-то!.. В
крепкий дом на казенну квартиру попал, — с усмешкой молвил московскому уставщику Патап Максимыч.
Неточные совпадения
— У нас забота есть. // Такая ли заботушка, // Что из
домов повыжила, // С работой раздружила нас, // Отбила от еды. // Ты дай нам слово
крепкое // На нашу речь мужицкую // Без смеху и без хитрости, // По правде и по разуму, // Как должно отвечать, // Тогда свою заботушку // Поведаем тебе…
Когда они пошли пешком вперед других и вышли из виду
дома на накатанную, пыльную и усыпанную ржаными колосьями и зернами дорогу, она
крепче оперлась на его руку и прижала ее к себе.
— Никакой шум и драки у меня не буль, господин капитэн, — затараторила она вдруг, точно горох просыпали, с
крепким немецким акцентом, хотя и бойко по-русски, — и никакой, никакой шкандаль, а они пришоль пьян, и это я все расскажит, господин капитэн, а я не виноват… у меня благородный
дом, господин капитэн, и благородное обращение, господин капитэн, и я всегда, всегда сама не хотель никакой шкандаль.
— В сущности, город — беззащитен, — сказал Клим, но Макарова уже не было на крыше, он незаметно ушел. По улице, над серым булыжником мостовой, с громом скакали черные лошади, запряженные в зеленые телеги, сверкали медные головы пожарных, и все это было странно, как сновидение. Клим Самгин спустился с крыши, вошел в
дом, в прохладную тишину. Макаров сидел у стола с газетой в руке и читал, прихлебывая
крепкий чай.
Оборвав слова усмешкой, она докончила фразу не очень остроумным, но
крепким каламбуром на тему о
домах терпимости и тотчас перешла к вопросу более важного характера: