Неточные совпадения
Каменные массивные
ворота вели на
широкий двор, усыпанный, как в цирке, мелким желтым песочком.
Фасад с колоннами и мезонином,
ворота в форме триумфальной арки, великолепный подъезд,
широкий двор и десятки ненужных пристроек, в числе которых были и оранжереи специально для ананасов, и конюшни на двадцать лошадей, и целый ряд каких-то корпусов, значение которых теперь трудно было угадать.
Сквозные железные
ворота открывали вид на
широкий двор, со всех сторон окруженный каменными службами, конюшнями, великолепной оранжереей.
— Она и теперь в конюшне стоит, — флегматически отвечал Илья, трогая одной рукой то место, где у других людей бывает шея, а у него из-под
ворота ситцевой рубашки выползала
широкая жирная складка кожи, как у бегемота. — Мне на што ее, вашу метлу.
Ни единого огонька, но вот растворилась вделанная в
широкие ворота узенькая калитка, и лениво вышел из нее дворник, закутанный в дубленый полушубок, с лицом, наглухо обвязанным платком.
Едва возы, скрипя, поравнялись с
широкими воротами клуни, эти ворота внезапно открылись, капитан с людьми выскочил из засады и, похватав лошадей и волов, — завернул возы в клуню.
Мы вошли
широкими воротами в какое-то длинное строение; на обе стороны тянулись коридоры, где направо и налево, в особых отгородках, стояли старые большие и толстые лошади, а в некоторых и молодые, еще тоненькие.
Наши, то есть те, что на Волыни, или под Могилевом, или в Полесье, гораздо лучше: длинный, невысокий дом, на белой стене чернеют
широкие ворота так приветливо и приятно, что лошади приворачивают к ним сами собой.
Неточные совпадения
Утро было свежее, но прекрасное. Золотые облака громоздились на горах, как новый ряд воздушных гор; перед
воротами расстилалась
широкая площадь; за нею базар кипел народом, потому что было воскресенье; босые мальчики-осетины, неся за плечами котомки с сотовым медом, вертелись вокруг меня; я их прогнал: мне было не до них, я начинал разделять беспокойство доброго штабс-капитана.
Лысый, свежий старик, с
широкою рыжею бородой, седою у щек, отворил
ворота, прижавшись к верее, чтобы пропустить тройку.
За небольшим прудом, из-за круглых вершин яблонь и сиреней, виднеется тесовая крыша, некогда красная, с двумя трубами; кучер берет вдоль забора налево и при визгливом и сиплом лае трех престарелых шавок въезжает в настежь раскрытые
ворота, лихо мчится кругом по
широкому двору мимо конюшни и сарая, молодецки кланяется старухе ключнице, шагнувшей боком через высокий порог в раскрытую дверь кладовой, и останавливается, наконец, перед крылечком темного домика с светлыми окнами…
В глубине двора возвышалось длинное, ушедшее в землю кирпичное здание, оно было или хотело быть двухэтажным, но две трети второго этажа сломаны или не достроены. Двери,
широкие, точно
ворота, придавали нижнему этажу сходство с конюшней; в остатке верхнего тускло светились два окна, а под ними, в нижнем, квадратное окно пылало так ярко, как будто за стеклом его горел костер.
На нем
широкая ночная рубаха, рукава ее сбиты на плечи, точно измятые крылья, незастегнутый
ворот обнажает грудь.