Неточные совпадения
Глухонемая бросилась к девушке и принялась ее душить в своих могучих объятиях, покрывая безумными
поцелуями и слезами ее лицо, шею,
руки.
Наклонив к себе голову Привалова, старик несколько раз крепко
поцеловал его и, не выпуская его головы из своих
рук, говорил...
Привалов увидел высокую фигуру Марьи Степановны, которая была в бледно-голубом старинном сарафане и показалась ему прежней красавицей. Когда он хотел
поцеловать у нее
руку, она обняла его и, по старинному обычаю, степенно приложилась к его щекам своими полными щеками и даже
поцеловала его неподвижными сухими губами.
— Ах, благодарю вас, благодарю, — прошептал старик и быстро
поцеловал у нее
руку. — Ваш муж очень умный человек… Да, я буду ждать…
Никто, кажется, не подумал даже, что могло бы быть, если бы Альфонс Богданыч в одно прекрасное утро взял да и забастовал, то есть не встал утром с пяти часов, чтобы несколько раз обежать
целый дом и обругать в несколько приемов на двух диалектах всю прислугу; не пошел бы затем в кабинет к Ляховскому, чтобы получить свою ежедневную порцию ругательств, крика и всяческого неистовства, не стал бы сидеть ночи за своей конторкой во главе двадцати служащих, которые, не разгибая спины, работали под его железным началом, если бы, наконец, Альфонс Богданыч не обладал счастливой способностью являться по первому зову, быть разом в нескольких местах, все видеть, и все слышать, и все давить, что попало к нему под
руку.
Дядюшка в качестве любезника старой школы почтительно
целовал каждый раз
руку Зоси и забавно шаркал ножкой.
При виде улыбавшейся Хины у Марьи Степановны точно что оборвалось в груди. По блудливому выражению глаз своей гостьи она сразу угадала, что их разорение уже известно
целому городу, и Хиония Алексеевна залетела в их дом, как первая ворона, почуявшая еще теплую падаль. Вся кровь бросилась в голову гордой старухи, и она готова была разрыдаться, но вовремя успела собраться с силами и протянуть гостье
руку с своей обыкновенной гордой улыбкой.
— И тщеславие… Я не скрываю. Но знаете, кто сознает за собой известные недостатки, тот стоит на полдороге к исправлению. Если бы была такая
рука, которая… Ах да, я очень тщеславна! Я преклоняюсь пред силой, я боготворю ее. Сила всегда оригинальна, она дает себя чувствовать во всем. Я желала бы быть рабой именно такой силы, которая выходит из ряду вон, которая не нуждается вот в этой мишуре, — Зося обвела глазами свой костюм и обстановку комнаты, — ведь такая сила наполнит
целую жизнь… она даст счастье.
С последними словами Ляховская, как сумасшедшая, обхватила своими белоснежными, чудными
руками шею Лоскутова и покрыла безумными
поцелуями его лицо.
Ляховский с каким-то детским всхлипыванием припал своим лицом к
руке доктора и в порыве признательности покрыл ее
поцелуями; из его глаз слезы так и сыпались, но это были счастливые слезы.
Половодова еще никогда не была так красива, какой теперь показалась Привалову, и когда Агриппина Филипьевна оставила наконец их вдвоем, он робко подошел к ней, чтобы
поцеловать протянутую
руку.
Привалов почувствовал, как кто-то обхватил его шею
руками и принялся
целовать; это был «Моисей», от которого так и разило перегорелой водкой.
По лестнице в это время поднимались Половодовы. Привалов видел, как они остановились в дверях танцевальной залы, где их окружила
целая толпа знакомых мужчин и женщин; Антонида Ивановна улыбалась направо и налево, отыскивая глазами Привалова. Когда оркестр заиграл вальс, Половодов сделал несколько туров с женой, потом сдал ее с
рук на
руки какому-то кавалеру, а сам, вытирая лицо платком, побрел в буфет. Заметив Привалова, он широко расставил свои длинные ноги и поднял в знак удивления плечи.
— Ну, уж извините, я вам голову отдаю на отсечение, что все это правда до последнего слова. А вы слышали, что Василий Назарыч уехал в Сибирь? Да… Достал где-то денег и уехал вместе с Шелеховым. Я заезжала к ним на днях: Марья Степановна совсем убита горем, Верочка плачет… Как хотите — скандал на
целый город, разоренье на носу, а тут еще дочь-невеста на
руках.
— А мы приехали со специальной
целью мешать вам, — смеялась девушка, грациозно перекидывая шлейф своей амазонки через левую
руку. — Вы нам покажете все свои подвиги…
Через минуту в кош вошел Половодов. Он с минуту стоял в дверях, отыскивая глазами сидевшую неподвижно девушку, потом подошел к ней, молча
поцеловал бледную
руку и молча поставил перед ней на маленькую скамеечку большое яйцо из голубого атласа на серебряных ножках.
— Вы царапали меня, как котенок, но если бы вы били меня хлыстом, — я
целовал бы ту
руку, которая поднимала на меня хлыст.
Молодые люди шутили и смеялись, а доктор улыбался своей докторской улыбкой и нервно потирал
руки. В последнее время он часто начинал жаловаться на головные боли и запирался в своем номере по
целым дням.
Тебя удивляет и, может быть, оскорбляет моя стариковская откровенность, но войди в мое положение, деточка, поставь себя на мое место; вот я старик, стою одной ногой в могиле,
целый век прожил, как и другие, с грехом пополам, теперь у меня в
руках громадный капитал…
Неточные совпадения
Их дочки Таню обнимают. // Младые грации Москвы // Сначала молча озирают // Татьяну с ног до головы; // Ее находят что-то странной, // Провинциальной и жеманной, // И что-то бледной и худой, // А впрочем, очень недурной; // Потом, покорствуя природе, // Дружатся с ней, к себе ведут, //
Целуют, нежно
руки жмут, // Взбивают кудри ей по моде // И поверяют нараспев // Сердечны тайны, тайны дев.
Час от часу плененный боле // Красами Ольги молодой, // Владимир сладостной неволе // Предался полною душой. // Он вечно с ней. В ее покое // Они сидят в потемках двое; // Они в саду,
рука с
рукой, // Гуляют утренней порой; // И что ж? Любовью упоенный, // В смятенье нежного стыда, // Он только смеет иногда, // Улыбкой Ольги ободренный, // Развитым локоном играть // Иль край одежды
целовать.
Но вот багряною
рукою // Заря от утренних долин // Выводит с солнцем за собою // Веселый праздник именин. // С утра дом Лариной гостями // Весь полон;
целыми семьями // Соседи съехались в возках, // В кибитках, в бричках и в санях. // В передней толкотня, тревога; // В гостиной встреча новых лиц, // Лай мосек, чмоканье девиц, // Шум, хохот, давка у порога, // Поклоны, шарканье гостей, // Кормилиц крик и плач детей.
Рука в
руку, не выпуская друг друга, они
целые четверть часа взбирались на лестницу, наконец одолели ее и взошли.
Повытчика перестал звать папенькой и не
целовал больше его
руки, а о свадьбе так дело и замялось, как будто вовсе ничего не происходило.