Неточные совпадения
Вечерние посещения бахаревского
дома Привалову уже не доставляли
прежнего удовольствия.
Мало-помалу Привалов вошел в тот мир, в каком жила Верочка, и он часто думал о ней: «Какая она славная…» Надежда Васильевна редко показывалась в последнее время, и если выходила, то смотрела усталою и скучающею.
Прежних разговоров не поднималось, и Привалов уносил с собой из бахаревского
дома тяжелое, неприятное раздумье.
Вот с этого времени и сделалось в бахаревском
доме особенно тихо, точно кто придавил рукой
прежнее веселье.
В своем косоклинном сарафане и сороке она выглядела
прежней боярыней и по-прежнему справляла бесконечную службу в моленной, куда к ней по-прежнему сходились разные старцы в длиннополых кафтанах, подозрительные старицы и разный другой люд, целую жизнь ютящийся около страннолюбивых и нищекормливых богатых раскольничьих
домов.
Дела на приисках у старика Бахарева поправились с той быстротой, какая возможна только в золотопромышленном деле. В течение весны и лета он заработал крупную деньгу, и его фонды в Узле поднялись на
прежнюю высоту. Сделанные за последнее время долги были уплачены, заложенные вещи выкуплены, и
прежнее довольство вернулось в старый бахаревский
дом, который опять весело и довольно глядел на Нагорную улицу своими светлыми окнами.
Собственный
дом показался ему пустым; в нем не было
прежней теплоты, на каждом шагу чувствовалось отсутствие горячо любимого человека.
Прежние знакомые Зоси остались все те же и только с половины Ляховского перекочевали на половину Привалова; Половодов, «Моисей», Лепешкин, Иван Яковлич чувствовали себя под гостеприимной приваловской кровлей как
дома.
Оставшись только вдвоем с женой в старом отцовском
доме, Привалов надеялся, что теперь Зося вполне освободится от влияния
прежней семейной обстановки и переменит образ своей жизни.
Привалов привез брата в Узел и отвел ему несколько комнат в
доме, на
прежней половине Ляховских.
В старом приваловском
доме шла
прежняя жизнь, с той разницей, что присутствие Тита Привалова накладывало на нее цыганский отпечаток.
Веревкин с женой жил в бахаревском
доме и, кажется, совсем отказался от своих
прежних привычек и друзей веселой юности.
— Э, да неужели и вправду вам неизвестно, что сегодня будет свидание Аглаи Ивановны с Настасьей Филипповной, для чего Настасья Филипповна и выписана из Петербурга нарочно, чрез Рогожина, по приглашению Аглаи Ивановны и моими стараниями, и находится теперь, вместе с Рогожиным, весьма недалеко от вас, в
прежнем доме, у той госпожи, у Дарьи Алексеевны… очень двусмысленной госпожи, подруги своей, и туда-то, сегодня, в этот двусмысленный дом, и направится Аглая Ивановна для приятельского разговора с Настасьей Филипповной и для разрешения разных задач.
Первоначально оно было построено князем в виде небольшого домика, но после присоединения Крыма, по приказанию императрицы, архитектор Старов на месте
прежнего дома построил роскошный дворец, наподобие Пантеона.
В то время как он подходил к своему
прежнему дому, из скрипучих ворот вышла матка с жеребенком, старый мерин чалый и третьяк. Старый чалый был весь в ту матку, которую Корней за год до своего ухода привел с ярмонки.
Неточные совпадения
Ну, а
прежнюю квартиру, — помню только, что у Пяти Углов, — Харламова
дом.
Не в полной памяти прошел он и в ворота своего
дома; по крайней мере, он уже прошел на лестницу и тогда только вспомнил о топоре. А между тем предстояла очень важная задача: положить его обратно, и как можно незаметнее. Конечно, он уже не в силах был сообразить, что, может быть, гораздо лучше было бы ему совсем не класть топора на
прежнее место, а подбросить его, хотя потом, куда-нибудь на чужой двор.
Контора была от него с четверть версты. Она только что переехала на новую квартиру, в новый
дом, в четвертый этаж. На
прежней квартире он был когда-то мельком, но очень давно. Войдя под ворота, он увидел направо лестницу, по которой сходил мужик с книжкой в руках; «дворник, значит; значит, тут и есть контора», и он стал подниматься наверх наугад. Спрашивать ни у кого ни об чем не хотел.
Ты как живёшь?» — «Я», отвечал Барбос, // Хвост плетью спустя и свой повеся нос: // «Живу по-прежнему: терплю и холод, // И голод, // И, сберегаючи хозяйский
дом, // Здесь под забором сплю и мокну под дождём;
Первенствующую роль в
доме играла супруга братца, Ирина Пантелеевна, то есть она предоставляла себе право вставать поздно, пить три раза кофе, переменять три раза платье в день и наблюдать только одно по хозяйству, чтоб ее юбки были накрахмалены как можно крепче. Более она ни во что не входила, и Агафья Матвеевна по-прежнему была живым маятником в
доме: она смотрела за кухней и столом, поила весь
дом чаем и кофе, обшивала всех, смотрела за бельем, за детьми, за Акулиной и за дворником.