Глянул в лицо — и лицо стало переменяться: нос
вытянулся и повиснул над губами; рот в минуту раздался до ушей; зуб выглянул изо рта, нагнулся на сторону, — и стал
перед ним тот самый колдун, который показался на свадьбе у есаула.
Только старая легавая собака, стоявшая у коновязи,
перед которою чистили лошадей, увидя входящего кандидата, зевнула, сгорбилась, потом
вытянулась и опять стала укладываться, выбирая посуше местечко на росной траве.
Катишь почти знала, что она не хороша собой, но она полагала, что у нее бюст был очень хорош, и потому она любила на себя смотреть во весь рост…
перед этим трюмо теперь она сняла с себя все платье и, оставшись в одном только белье и корсете, стала примеривать себе на голову цветы, и при этом так и этак поводила головой, делала глазки, улыбалась, зачем-то поднимала руками грудь свою вверх; затем вдруг
вытянулась, как солдат, и, ударив себя по лядвее рукою, начала маршировать
перед зеркалом и даже приговаривала при этом: «Раз, два, раз, два!» Вообще в ней были некоторые солдатские наклонности.