Неточные совпадения
— А что, Лукреция, Яшка Кормилицын все
еще ухаживает за тобой? Ах, бисов сын! Ну,
да ничего, дело житейское, а он парень хороший —
как раз под дамское седло годится. А все-таки враг горами качает...
Целую жизнь он прожил в качестве маленького человека за чужой спиной и вдруг почувствовал,
как стена, на которую он упирался столько лет, начинает пошатываться и того гляди рухнет
да еще и его задавит.
Оно бы в лучшем виде, потому
как там течь и всякое прочее!» Глядишь, крыша и выкрашена даром,
да ещё нужный же человек и благодарит, что ему позволили испытать такое удовольствие.
М-lle Эмма сразу поняла, что творилось с Аннинькой, и только покачала головой. Разве для такой «галки»,
как Аннинька, первая любовь могла принести что-нибудь, кроме несчастья?
Да еще любовь к какому-то лупоглазому прощелыге, который, может быть, уж женат. М-lle Эмма была очень рассудительная особа и всего больше на свете дорожила собственным покоем. И к чему, подумаешь, эти дурацкие восторги: увидала красивого парня и распустила слюни.
—
Да мне-то
какое дело? Конечно, надувал и
еще сто дур надует, а все-таки я его люблю. Если бы ты, Эминька, знала,
как я этого красивого мерзавца люблю! Право, я съела бы его или задушила бы, если бы могла… Глаза у него
какие, Эминька!
— Меня все обманывают, — шептала несчастная девушка, глотая слезы. — И теперь мое место занято,
как всегда. Директор лжет, он сам приглашал меня… Я буду жаловаться!.. О, я все знаю, решительно все! Но меня не провести!
Да,
еще немножко подождите… Ведь уж он приехал и все знает.
— Я могу женщину любить только до тех пор, пока она не потеряла ума, а
как только начались охи,
да вздохи,
да еще слезы…
—
Да, вы
еще поживете, — печально согласилась Раиса Павловна, чувствуя,
как румянец сбегает у ней с лица и глаза холодеют. — Извините, Прейн, я не желала вас обидеть, но так как-то само сказалось…
А кабы его в Петербурге к Евгению Константинычу пристроить,
да еще он почувствовал бы, что не через Нину Леонтьевну свое счастье получил, а через вас,
да тогда вы тут катайтесь,
как сыр в масле!
— Отлично, очень хорошо… Но это все
еще в будущем, а теперь поговоримте о настоящем: у меня на первый раз есть для вас маленькая дипломатическая миссия. Так, пустяки… Кстати, я говорил уже о вас генералу, и он согласен.
Да… Так вот
какое дело, Авдей Никитич… Собственно, это пустяки, но из пустяков складывается целая жизнь. Я буду с вами откровенен… Надеюсь, что вы не откажете мне?
— Нет, за это я вам поручусь… Позвольте
еще одну маленькую откровенность: пожалуйста, когда будете у Раисы Павловны и у Нины Леонтьевны, держите себя так,
как бы вы попали к самым молоденьким и красивым женщинам…
Да, это первое условие, а то всю свою миссию погубите. Ведь женщина всегда останется женщиной!
«Ведь я любил ее, истинно любил хорошей, чистой любовью в эту ночь, любил ее еще прежде,
да еще как любил тогда, когда я в первый раз жил у тетушек и писал свое сочинение!» И он вспомнил себя таким, каким он был тогда.
Когда все разошлись, Келлер нагнулся к Лебедеву и сообщил ему: «Мы бы с тобой затеяли крик, подрались, осрамились, притянули бы полицию; а он вон друзей себе приобрел новых,
да еще каких; я их знаю!» Лебедев, который был довольно «готов», вздохнул и произнес: «Утаил от премудрых и разумных и открыл младенцам, я это говорил еще и прежде про него, но теперь прибавляю, что и самого младенца бог сохранил, спас от бездны, он и все святые его!»
Неточные совпадения
«Ну, что соседки? Что Татьяна? // Что Ольга резвая твоя?» // — Налей
еще мне полстакана… // Довольно, милый… Вся семья // Здорова; кланяться велели. // Ах, милый,
как похорошели // У Ольги плечи, что за грудь! // Что за душа!.. Когда-нибудь // Заедем к ним; ты их обяжешь; // А то, мой друг, суди ты сам: // Два раза заглянул, а там // Уж к ним и носу не покажешь. //
Да вот…
какой же я болван! // Ты к ним на той неделе зван. —
Когда б он знал,
какая рана // Моей Татьяны сердце жгла! // Когда бы ведала Татьяна, // Когда бы знать она могла, // Что завтра Ленский и Евгений // Заспорят о могильной сени; // Ах, может быть, ее любовь // Друзей соединила б вновь! // Но этой страсти и случайно //
Еще никто не открывал. // Онегин обо всем молчал; // Татьяна изнывала тайно; // Одна бы няня знать могла, //
Да недогадлива была.
— Разумеется, я это очень понимаю. Экой дурак старик! Ведь придет же в восемьдесят лет этакая дурь в голову!
Да что, он с виду
как? бодр? держится
еще на ногах?
—
Да сделай ты мне свиной сычуг. Положи в середку кусочек льду, чтобы он взбухнул хорошенько.
Да чтобы к осетру обкладка, гарнир-то, гарнир-то чтобы был побогаче! Обложи его раками,
да поджаренной маленькой рыбкой,
да проложи фаршецом из снеточков,
да подбавь мелкой сечки, хренку,
да груздочков,
да репушки,
да морковки,
да бобков,
да нет ли
еще там
какого коренья?
—
Да за что же припекут, коли я не брала и в руки четвертки? Уж скорее другой
какой бабьей слабостью, а воровством меня
еще никто не попрекал.