В те дни, когда читали Муравьев или Вагнер, Андрей Николаевич приезжал в лавру один, так как он был очень честолюбив и занимал в церквах особые места (в Троицком подворье Муравьев, в отсутствие
московского митрополита, стоял всегда на его месте), а весь остальной мужской персонал «братии» должен был приезжать разом «в курятнике».
Неточные совпадения
Часть свою из наследства отца Андрей Н. отдал брату своему Александру, а сам жил на Троицком подворье, в прекрасном, впрочем, помещении, которое даром предложил ему покойный
митрополит московский Филарет (Дроздов).
Митрополит московский отдал ему для житья большое помещение на Троицком подворье, у Аничкина моста, а петербургский
митрополит «поддерживал его денежно».
Целая компания молодежи сидела вокруг самовара вечерком и среди них — Михайлов. В руках его был экземпляр манифеста об освобождении крестьян. Он жестоко нападал на него, не оставлял живой ни одной фразы этого документа, написанного велеречиво с приемами семинарского красноречия и чиновничьего стиля. Особенно доставалось фразе, которую приписывали тогда
московскому митрополиту Филарету:"от проходящего до проводящего".
Неточные совпадения
Товарищами Витберга в комиссии были:
митрополит Филарет,
московский генерал-губернатор, сенатор Кушников; все они вперед были разобижены товариществом с молокососом, да еще притом смело говорящим свое мнение и возражающим, если не согласен.
Когда произошел конфликт между
Московской Патриаршей церковью и зарубежной церковью, возглавленной
митрополитом Евлогием, я решительно присоединился к
Московской Патриаршей церкви и написал свирепую статью «Вопль русской церкви».
Наиболее боевыми были мои собственные статьи, и они иногда производили впечатление скандала, например, статьи против Карловацкого епископата, против разрыва с
Московской церковью, против осуждения
митрополитом Сергием учения о Софии отца С. Булгакова, против Богословского института в связи с историей с Г. П. Федотовым.
Еще в тý пору, как русская земля была под татарами, ради народного умиренья проходил в орду басурманскую святитель Христов Алексий,
митрополит Московский.
Каков поп, таков и приход. Попы хлыновцы знать не хотели Москвы с ее
митрополитом, их духовные чада — знать не хотели царских воевод, уклонялись от платежа податей, управлялись выборными, судили самосудом,
московским законам не подчинялись. Чуть являлся на краю леса посланец от воеводы или патриарший десятильник, они покидали дома и уходили в лесные трущобы, где не сыскали б их ни сам воевода, ни сам патриарх.