— Теперь знаю, что такое! — говорил он окружающим, спешиваясь у протопоповских ворот. — Все эти размышления мои до сих пор предварительные были не больше как одною глупостью моею; а теперь я наверное вам скажу, что отец протопоп кроме ничего как просто велел вытравить литеры греческие, а не то так латинские. Так, так, не иначе как так; это верно, что литеры вытравил, и если я теперь не отгадал, то сто раз
меня дураком после этого назовите.
Неточные совпадения
И вышел
я же в смешных
дураках, как бесполезный хлопотун.
— Нет, вы, сделайте милость, назовите
меня, пожалуйста,
дураком!
— Ну, изволь, братец, исполняю твою просьбу: воистину ты
дурак, и
я тебе предсказываю, что если ты еще от подобных своих глупых обычаев не отстанешь, то ты без того не заключишь жизнь, чтобы кого-нибудь не угодить насмерть.
— Все равно, на нее чем-нибудь другим не угодишь. Вон
я вчера нашей собаке немножко супу дал из миски, а маменька и об этом расплакалась и миску с досады разбила: «Не годится, говорит, она теперь; ее собака нанюхала». Ну,
я вас спрашиваю: вы, Валерьян Николаич, знаете физику: можно ли что-нибудь нанюхать? Можно понюхать, можно вынюхать, но нанюхать! Ведь это
дурак один сказать может!
— Да ничего, ничего, это самое простое дело, — возражал Ахилла. — Граф Кленыхин у нас семинарский корпус смотрел,
я ему поклонился, а он говорит: «Пошел прочь,
дурак!» Вот и весь наш разговор, чему
я рассмеялся.
Ручку, говорю, матушка,
мне,
дураку, пожалуйте».
— Бешмет,
дурак, «бешмет-с»! Жилетку, манишку и новый кафтан, все надень, чтобы все было как должно, — да этак не изволь
мне отвечать по-лакейски: «чего-с изволи-те-с» да «
я вам докладывал-с», а просто говори: «что, мол, вам нужно?» или: «
я, мол, вам говорил». Понимаешь?
— Позвольте вас спросить:
я третьего дня был в церкви и слышал, как один протопоп произнес слово «
дурак». Что клир должен петь в то время, когда протопоп возглашает «
дурак»?
— Полноте, пожалуйста! Женщина! тем лучше, что вы женщина. Женщина-друг всегда лучше друга-мужчины, а
я доверчив, как
дурак, и нуждаюсь именно в такой… в женской дружбе!
Я сошелся с господином Борноволоковым… Мы давно друзья, и он и теперь именно более мой друг, чем начальник, по крайней мере
я так думаю.
—
Я дурак-с в этом отношении! совершенный
дурак!
Меня маленькие дети, и те надувают!
«Черт возьми! — продолжал он почти вслух, — говорит со смыслом, а как будто… Ведь и
я дурак! Да разве помешанные не говорят со смыслом? А Зосимов-то, показалось мне, этого-то и побаивается! — Он стукнул пальцем по лбу. — Ну что, если… ну как его одного теперь пускать? Пожалуй, утопится… Эх, маху я дал! Нельзя!» И он побежал назад, вдогонку за Раскольниковым, но уж след простыл. Он плюнул и скорыми шагами воротился в «Хрустальный дворец» допросить поскорее Заметова.
Не любишь ты меня, естественное дело: // С другими я и так и сяк, // С тобою говорю несмело, // Я жалок, я смешон, я неуч,
я дурак.
— Ты все выпытываешь меня, Клим Иванов! А, конечно, сам лучше, чем я, все знаешь. Чего же выпытывать? Насколько
я дурак, я сам знаю, ты помоги мне понять: почему я дурак?
— Нет, нет, — перебил он и торопливо поерошил голову, — не говорите этого. Лучше назовите
меня дураком, но я честный, честный, честный! Я никому не позволю усомниться… Никто не смеет!
Неточные совпадения
Хлестаков (защищая рукою кушанье).Ну, ну, ну… оставь,
дурак! Ты привык там обращаться с другими:
я, брат, не такого рода! со
мной не советую… (Ест.)Боже мой, какой суп! (Продолжает есть.)
Я думаю, еще ни один человек в мире не едал такого супу: какие-то перья плавают вместо масла. (Режет курицу.)Ай, ай, ай, какая курица! Дай жаркое! Там супу немного осталось, Осип, возьми себе. (Режет жаркое.)Что это за жаркое? Это не жаркое.
Городничий (бьет себя по лбу).Как
я — нет, как
я, старый
дурак? Выжил, глупый баран, из ума!.. Тридцать лет живу на службе; ни один купец, ни подрядчик не мог провести; мошенников над мошенниками обманывал, пройдох и плутов таких, что весь свет готовы обворовать, поддевал на уду. Трех губернаторов обманул!.. Что губернаторов! (махнул рукой)нечего и говорить про губернаторов…
Хлестаков.
Я с тобою,
дурак, не хочу рассуждать. (Наливает суп и ест.)Что это за суп? Ты просто воды налил в чашку: никакого вкусу нет, только воняет.
Я не хочу этого супу, дай
мне другого.
Городничий. Ах, боже мой!
Я, ей-ей, не виноват ни душою, ни телом. Не извольте гневаться! Извольте поступать так, как вашей милости угодно! У
меня, право, в голове теперь…
я и сам не знаю, что делается. Такой
дурак теперь сделался, каким еще никогда не бывал.
Хлестаков. Ну что, видишь,
дурак, как
меня угощают и принимают? (Начинает писать.)