Неточные совпадения
А когда бархатная поверхность этого луга мало-помалу серела, клочилась и росла, деревня вовсе исчезала, и только длинные журавли ее колодцев медленно и важно, как бы по собственному произволу, то поднимали, то опускали свои шеи, точно и в самом деле
были настоящие журавли, живые, вольные птицы божьи, которых не гнет за нос к
земле веревка, привязанная человеком.
Позволительно думать, что они могли хлестаковствовать и репетиловствовать совсем иначе, изобличая известную солидарность натур с натурою несметного числа Зарницыных (которых нисколько не должно оскорблять такое сопоставление, ибо они никаким образом не могут
быть почитаемы наихудшими людьми
земли русской).
— Понимаю, землю-то требовать
будут мужики?
Автор «Капризов и Раздумья» позволяет себе настаивать на том, что на
земле нет ни одного далекого места, которое не
было бы откуда-нибудь близко.
Блудом на
землю потоп низведен
был; блудом Данилова обитель разрушилась; блудом и весь свет окаянный зле погибнет, — что тут еще говорить!
— Все влашебство, — говорила Елена Лукьяновна. — Мужик
был и на дух хаживал, а тут его расстригнули, а он под
землю. Офицер: «пали», а он под
землю.
— Ну уж, мать,
был киятер.
Были мы в Суконных банях. Вспарились, сели в передбанник, да и говорим: «Как его солдаты-то из ружьев расстригнули, а он под
землю». Странница одна и говорит: «Он, говорит, опять по
земле ходит». — «Как, говорим, по
земле ходит?» — «Ходит», говорит. А тут бабочка одна в баню пошла, да как, мать моя, выскочит оттуда, да как гаркнет без ума без разума: «Мужик в бане». Глянули, неправда он. Так и стоит так, то
есть так и стоит.
Но зато, вот помяните мое слово, проснется общественное сознание, очнутся некоторые из них самих, и не
будет для них на русской
земле людей, поганее этих Красиных; не
будет ни одного из них, самими ими неразоблаченного и незаплеванного.
— Прекрасно-с, прекрасно, — говорил Белоярцев молоденькой девушке, — даже и таким образом я могу доказать вам, что никто не имеет права продать или купить
землю. Пусть
будет по-вашему, но почитайте-ка внимательнее, и вы увидите, что там оказано: «наследите
землю», а не «продайте
землю» или не «купите
землю».
— Ну, а если у меня, например,
есть наследственная
земля? — спросила Мечникова.
— Стало
быть, если я получу по наследству тысячу десятин, то я имею право одна наследовать эту
землю? — осведомилась Бертольди.
— И всё во имя теории! Нет, бог с ними, с их умными теориями, и с их сочувствием. Мы ни в чем от них не нуждаемся и
будем очень рады как можно скорее освободиться от их внимания. Наше дело, — продолжал Петровский, не сводя глаз с Райнера, — добыть нашим бедным хлопкам
землю, разделить ее по-братски, — и пусть тогда
будет народная воля.
— Мы, Лизавета Егоровна, русской
земли не знаем, и она нас не знает. Может
быть, на ней
есть и всякие люди, да с нами нет таких, какие нам нужны.
— Подводчики, к командиру! — раздалось по лагерю. — Воля вам с
землею от царя пришла. Ступай все, сейчас
будут читать про волю.
Всякие гражданские мотивы
были как-то ужасно противны в эти минуты, и
земля на крышку Лизиного гроба посыпалась при одном церковном молении о вечном покое.
Петроград встретил оттепелью, туманом, все на
земле было окутано мокрой кисеей, она затрудняла дыхание, гасила мысли, вызывала ощущение бессилия. Дома ждала неприятность: Агафья, сложив, как всегда, руки на груди, заявила, что уходит работать в госпиталь сиделкой.
Неточные совпадения
Нашел он полон двор услуги; // К покойнику со всех сторон // Съезжались недруги и други, // Охотники до похорон. // Покойника похоронили. // Попы и гости
ели,
пили // И после важно разошлись, // Как будто делом занялись. // Вот наш Онегин — сельский житель, // Заводов, вод, лесов,
земель // Хозяин полный, а досель // Порядка враг и расточитель, // И очень рад, что прежний путь // Переменил на что-нибудь.
Высокой страсти не имея // Для звуков жизни не щадить, // Не мог он ямба от хорея, // Как мы ни бились, отличить. // Бранил Гомера, Феокрита; // Зато читал Адама Смита // И
был глубокий эконом, // То
есть умел судить о том, // Как государство богатеет, // И чем живет, и почему // Не нужно золота ему, // Когда простой продукт имеет. // Отец понять его не мог // И
земли отдавал в залог.
Вдруг получил он в самом деле // От управителя доклад, // Что дядя при смерти в постеле // И с ним проститься
был бы рад. // Прочтя печальное посланье, // Евгений тотчас на свиданье // Стремглав по почте поскакал // И уж заранее зевал, // Приготовляясь, денег ради, // На вздохи, скуку и обман // (И тем я начал мой роман); // Но, прилетев в деревню дяди, // Его нашел уж на столе, // Как дань, готовую
земле.
Еще предвижу затрудненья: // Родной
земли спасая честь, // Я должен
буду, без сомненья, // Письмо Татьяны перевесть. // Она по-русски плохо знала, // Журналов наших не читала, // И выражалася с трудом // На языке своем родном, // Итак, писала по-французски… // Что делать! повторяю вновь: // Доныне дамская любовь // Не изъяснялася по-русски, // Доныне гордый наш язык // К почтовой прозе не привык.
— Стало
быть, вы готовы уступить ему другие
земли?