Горданов понимал это все и не жаловался никому; он знал всю бесполезность жалоб и молчал, и
думал думу долгую и крепкую, и наконец сделал неожиданный визит в Павловск Кишенскому и Алине.
Неточные совпадения
Он
думал и имел, по-видимому, не сладкую
думу, потому что опущенные книзу веки его глаз, несмотря на недавнее утреннее омовение их при утреннем туалете, начинали видимо тяжелеть, и, наконец, на одной реснице его проступила и повисла слеза, которую он тщательно заслонил газетным листом от пробегавшей мимо его в ту минуту горничной, и так в этом положении и остался.
Ропшин предавался этим мечтам не так, как Горданов или Висленев: он
думал свою
думу без шуму и, однако, тем не менее не только надеялся, но даже имел некоторые основания
думать, что его расчет повернее и пообстоятельнее, чем у обоих других претендентов, цену которых во мнении Бодростиной он понимал прекрасно.
Целую ночь он не спал, все
думал думу: как бы теперь, однако, помочь своему министру юстиции? Это совсем не то, что Варнавку избить. Тут нужно бы умом подвигать. Как же это: одним умом, без силы? Если бы хоть при этом… как в сказках, ковер-самолет, или сапоги-скороходы, или… невидимку бы шапку! Вот тогда бы он знал, что сделать очень умное, а то… Дьякон решительно не знал, за что взяться, а взяться было необходимо.
О, ох, вы полководцы! гадают по дням и ночам на каких-то басурманских картах, шевелят, переворачивают,
думают думу великую, а с места ни шагу.
Неточные совпадения
Татьяна слушала с досадой // Такие сплетни; но тайком // С неизъяснимою отрадой // Невольно
думала о том; // И в сердце
дума заронилась; // Пора пришла, она влюбилась. // Так в землю падшее зерно // Весны огнем оживлено. // Давно ее воображенье, // Сгорая негой и тоской, // Алкало пищи роковой; // Давно сердечное томленье // Теснило ей младую грудь; // Душа ждала… кого-нибудь,
Кто про свои дела кричит всем без умо́лку, // В том, верно, мало толку, // Кто де́лов истинно, — тих часто на словах. // Великий человек лишь громок на делах, // И
думает свою он крепку
думу // Без шуму.
Ты, может быть,
думаешь, глядя, как я иногда покроюсь совсем одеялом с головой, что я лежу как пень да сплю; нет, не сплю я, а
думаю все крепкую
думу, чтоб крестьяне не потерпели ни в чем нужды, чтоб не позавидовали чужим, чтоб не плакались на меня Господу Богу на Страшном суде, а молились бы да поминали меня добром.
Давно бы мы приехали, // Да ту мы
думу думали:
Крестьяне
думу думали, // А поп широкой шляпою // В лицо себе помахивал // Да на небо глядел.