Неточные совпадения
Князь Яков Львович в моих
глазах прелестное лицо, открывающее собою ряд чистых и глубоко для меня симпатичных
людей в нашем роде.
Большие небесного цвета
глаза его так отрадно глядели из-под длинных темных ресниц, что сама бабушка залюбовалась на молодого
человека и мысленно перебирала: какой прекрасный ряд разнообразных ощущений должен был теперь проходить в душе Марьи Николаевны, которой эти молодые
люди всем были обязаны.
Но когда совсем облаченный архиерей, взойдя на амвон, повернулся лицом к народу и с словами «призри, виждь и посети» осенил
людей пылающими свечами, скромный белый чепец Ольги Федотовны вдруг очутился вровень с нашими детскими головами. Она стояла на коленях и, скрестив на груди свои маленькие ручки,
глазами ангела глядела в небо и шептала...
А как только гости вслед за княгинею парами в зал вступят и сядут, он молча
глаз человеку сделает, тот сейчас крышку с чаши долой, а он и начнет большою ложкой разливать…
У нее вообще была даже некоторая слабость сказать
человеку правду в
глаза; но она делала это, во-первых, всегда дружески, а во-вторых, с самою доброю целью: объясниться и не питать скрытого зла.
— Да ничего… один
глаз целый остался, — отвечал Рогожин и больше ничего не рассказывал; но
люди через Зинку разузнали, что было побоище страшное, что Дон-Кихот где-то далеко «с целым народом дрался».
— Можно ли-де об этом говорить? Что там от наших
глаз спрятано, того не увидишь, да и не нужно: пока я в этом мире
человеком живу, мне дана заповедь, как жить, а что после будет, то никому не известно. Одно полагаю, кто,
человеком бывши, своего достоинства не сбережет, того хоть и ангелом сделай, он и ангельское потеряет.
— О
людях нуждающихся… да; это даже наша первая обязанность; Христос обещал не забыть чашу студеной воды, которую подадим, кому надо уста промочить. А Дмитрий Ростовский на жен-мироносиц всем вельможам прямо в
глаза сказал, что у нас в знатных
людях не найти Христа, а бедному, за нуждою тяжкою, про него совсем и вспомнить некогда. Надо бедным тяготы посбавить, а не гробы золотить и не башни строить, тогда скорее начнется Христово царствие.
Сначала они немножко дулись друг на друга: Gigot, увидав перед собою длинного костюмированного
человека с одним изумрудным
глазом, счел его сперва за сумасшедшего, но потом, видя его всегда серьезным, начал опасаться: не философ ли это, по образцу древних, и не может ли он его, господина Gigot, на чем-нибудь поймать и срезать?
Имена этих двух
людей, в особенности имя Дмитрия Журавского, подняли в
глазах бабушки значение Червева.
Червев был пожилой
человек простонародного русского типа: большой, сильный и крепкого сложения, но с очень благопристойными, как тогда говорили о Сперанском, — «врожденными манерами». Он действительно имел чистые, «точно снегом вытертые
глаза» и мягкий голос, в котором звучали чистота и прямодушие.
Толкущему в двери разума — дверь отворяется. Бабушка достала себе то, что нужнее всего
человеку: жизнь не раздражала ее более ничем: она, как овца, тихо шла, не сводя
глаз с пастушьего посоха, на крючке которого ей светил белый цветок с кровавою жилкой.
Что не было «благородно и великодушно», то, очевидно, было в
глазах Якова Львовича предосудительно и низко, а он от
людей, имеющих такие свойства, отворачивался и не презирал их только потому, что это, по его мнению, было «неблагородно и невеликодушно презирать
человека, имевшего несчастие получить дурное направление».
Несмотря на то, что с тех пор произошло столько больших реформ и перед
глазами людей прошло столько новых деятелей, самый низший слой населения не забыл еще, каков был «истовый совестный судья Яков Львович Протозанов».
Увидав это, дядя не выдержал своей роли и в ужасе заметил, что такое образование равносильно круглому невежеству; что знание языков важно как средство, при пособии которого
человек может с большим успехом приобретать другие знания, которые, собственно, только и начинают образование ума; но, встретив в ответ на это сухую, исполненную жалости к его заблуждениям улыбку своей жены, он оставил и это так, как оно есть, но впоследствии был несколько несправедлив, никогда не прощая детям их невежества и осмеивая его в
глаза им иногда тонко, а иногда и довольно зло.
Неточные совпадения
— Ведь это, точно, странно, — сказал Платонов, — отчего это у нас так, что если не смотришь во все
глаза за простым
человеком, сделается и пьяницей и негодяем?
Странное дело! оттого ли, что честолюбие уже так сильно было в них возбуждено; оттого ли, что в самых
глазах необыкновенного наставника было что-то говорящее юноше: вперед! — это слово, производящее такие чудеса над русским
человеком, — то ли, другое ли, но юноша с самого начала искал только трудностей, алча действовать только там, где трудно, где нужно было показать бóльшую силу души.
Сам же он во всю жизнь свою не ходил по другой улице, кроме той, которая вела к месту его службы, где не было никаких публичных красивых зданий; не замечал никого из встречных, был ли он генерал или князь; в
глаза не знал прихотей, какие дразнят в столицах
людей, падких на невоздержанье, и даже отроду не был в театре.
Одни
глаза их такое бесконечное государство, в которое заехал
человек — и поминай как звали!
Помещик Манилов, еще вовсе
человек не пожилой, имевший
глаза сладкие, как сахар, и щуривший их всякий раз, когда смеялся, был от него без памяти.