Дожали прокудинокие бабы, поужинали и стали ложиться спать под крестцами, а Настя пошла домой, чтобы готовить завтра обед. Ночь была темная, звездная, но безлунная. Такие ночи особенно хороши в нашей местности, и
народ любит их больше светлых, лунных ночей. Настя шла тихая и спокойная. Она перешла живой мостик в ярочке и пошла рубежом по яровому клину. Из овсов кто-то поднялся. Настя испугалась и стала.
— Вот, — говорит он, — учитель русской словесности: какая душа! Умный, добрый,
народ любит и все нам про народ рассказывает.
Точно так же, как он любил и хвалил деревенскую жизнь в противоположность той, которой он не любил, точно так же и
народ любил он в противоположность тому классу людей, которого он не любил, и точно так же он знал народ, как что-то противоположное вообще людям.
Разумеется, все эти Иверские, Казанские и Смоленские — очень грубое идолопоклонство, но
народ любит это и верит в это, и поэтому надо поддерживать эти суеверия.
— Я знаю народ и умею с ним обращаться, — говорил он. — Меня
народ любит. Стоит мне только пальцем шевельнуть, и для меня народ сделает все, что захочу.
— Войска и
народ любят действительно цесаревну, — говорил он, — многие русские, обожающие в ее лице дочь Петра Великого, возлагают на нее одну свои надежды, но…
Неточные совпадения
Гм! гм! Читатель благородный, // Здорова ль ваша вся родня? // Позвольте: может быть, угодно // Теперь узнать вам от меня, // Что значит именно родные. // Родные люди вот какие: // Мы их обязаны ласкать, //
Любить, душевно уважать // И, по обычаю
народа, // О Рождестве их навещать // Или по почте поздравлять, // Чтоб остальное время года // Не думали о нас они… // Итак, дай Бог им долги дни!
Они хранили в жизни мирной // Привычки милой старины; // У них на масленице жирной // Водились русские блины; // Два раза в год они говели; //
Любили круглые качели, // Подблюдны песни, хоровод; // В день Троицын, когда
народ // Зевая слушает молебен, // Умильно на пучок зари // Они роняли слезки три; // Им квас как воздух был потребен, // И за столом у них гостям // Носили блюда по чинам.
Эх, тройка! птица тройка, кто тебя выдумал? знать, у бойкого
народа ты могла только родиться, в той земле, что не
любит шутить, а ровнем-гладнем разметнулась на полсвета, да и ступай считать версты, пока не зарябит тебе в очи.
Ты знаешь, как
народ бесхвостых наш не
любит;
Читатель, — истину
любя, // Примолвлю к басне я, и то не от себя — // Не по́пусту в
народе говорится: // Не плюй в колодезь, пригодится // Воды напиться.