Я слышал, как это сердце билось, и чувствовал, что оно бьется для меня, меж тем
как если бы оно было практичнее — ему никто не смел бы помешать воспользоваться своим правом биться еще для кого-нибудь другого, и при этой мысли я опять почувствовал Филиппа Кольберга — он вдруг из какого-то далека насторожил на меня свои смелые, открытые глаза, которых я не мог ничем прогнать, — и только в ревнивом страхе сжал матушку и в ответ на ее ласки шептал ей...
Неточные совпадения
О,
если бы ты знала,
как ты была мне дорога не тогда, когда я был в тебя влюблен моей мальчишеской любовью, а когда я зрелым мужем глядел на женщин хваленого позднейшего времени и… с болезненною грустью видел полное исчезновение в новой женщине высоких воспитывающих молодого мужчину инстинктов и влечений — исчезновение, которое восполнят разве новейшие женщины, выступающие после отошедших новых.
«Калякалитрум, [Желаем здравствовать (дословно: всего наилучшего — новогреч.)] ваше-ство!» так вот что значит грецеский целовек! Грецеский целовек самая умный целовек! — похваливал мне своих соотчичей подгулявший отец Диодор — и я не знаю, про
какие бы еще греческие чудеса он мне не рассказал,
если бы служка не доложил, что к монастырю подъехала наша повозка и мои спутники зовут меня ехать.
«
Как она прекрасна, и о чем она может так грустить и плакать? Матушка непременно должна все это знать», — думал я и тоже во что
бы то ни стало хотел это узнать, с тем чтобы,
если можно, сделаться другом этой девушки. Ведь она сама же просила меня об этом. А я хотел умереть за нее, лишь
бы она так не грустила и не плакала.
— Ну
как хочешь! — сказал Пенькновский, — а то
бы пошел, и отлично
бы накатились. Но все равно, иди домой и непременно разведай завтра, узнала ли меня твоя мать — и
если узнала, ты побожись, что это не я.
С этим доктор взошел на прощанье взглянуть на меня — и
как я притворился спящим; то он только указал матери на мои закрытые одеялом ноги — и, прошептав, что лучше было
бы,
если бы они были покороче уехал.
Вообще же, хотя maman отзывалась об Альтанском не иначе
как с величайшею похвалою, я чувствовал, что все ее похвалы относятся только к его светлому уму, непререкаемой честности и большим сведениям, но что в нем было нечто такое, что ей не совсем нравилось, и что
если бы от нее зависело отлить человека в идеальную форму, то этой формой не во всем послужил
бы избранный ею мне наставник.
— К тому же, — добавила она, —
если бы ты теперь был более со мною, а менее с Иваном Ивановичем, то помимо того, что я не могу принести для твоего развития той пользы;
какую приносит он, но мы с тобою поступили
бы неблагодарно по отношению к такому достойному старику,
как Альтанский, и огорчили
бы его.
— Потому, что у него натура похожа на придорожную землю в притче: он ее любит, и теперь он ее может любить
как недосягаемое и прекрасное; но
если бы она была его, он начал
бы сожалеть о выгодах, приобретаемых его нынешней женитьбой.
Ну, как ты думаешь: можно ли таким выражением от Лужина так же точно обидеться,
как если бы вот он написал (он указал на Разумихина), али Зосимов, али из нас кто-нибудь?
Вот почему Бог беспределен, бесконечен вовсе не в том смысле, как нам представляется это, —
как если бы мы не могли Его обнять своей мыслью, — а в том, что Бог и не подлежит измерению и нет пределов, границ в Его существе.
Глава государства Калинин сказал нам изумительную фразу: «Рекомендация Луначарского не имеет никакого значения, все равно
как если бы я дал рекомендацию за своей подписью — тоже не имело бы никакого значения, другое дело, если бы товарищ Сталин рекомендовал».
Неточные совпадения
Если бы хоть кто-нибудь из тех людей, которые любят добро, да употребили
бы столько усилий для него,
как вы для добыванья своей копейки!.. да умели
бы так пожертвовать для добра и собственным самолюбием, и честолюбием, не жалея себя,
как вы не жалели для добыванья своей копейки!..
— Но представьте же, Анна Григорьевна, каково мое было положение, когда я услышала это. «И теперь, — говорит Коробочка, — я не знаю, говорит, что мне делать. Заставил, говорит, подписать меня какую-то фальшивую бумагу, бросил пятнадцать рублей ассигнациями; я, говорит, неопытная беспомощная вдова, я ничего не знаю…» Так вот происшествия! Но только
если бы вы могли сколько-нибудь себе представить,
как я вся перетревожилась.
— То есть,
если бы он не так со мной поступил; но он хочет,
как я вижу, знаться судом. Пожалуй, посмотрим, кто выиграет. Хоть на плане и не так ясно, но есть свидетели — старики еще живы и помнят.
—
Если бы ты играл,
как прилично честному человеку. Но теперь не могу.
Расспросивши подробно будочника, куда можно пройти ближе,
если понадобится, к собору, к присутственным местам, к губернатору, он отправился взглянуть на реку, протекавшую посредине города, дорогою оторвал прибитую к столбу афишу, с тем чтобы, пришедши домой, прочитать ее хорошенько, посмотрел пристально на проходившую по деревянному тротуару даму недурной наружности, за которой следовал мальчик в военной ливрее, с узелком в руке, и, еще раз окинувши все глазами,
как бы с тем, чтобы хорошо припомнить положение места, отправился домой прямо в свой нумер, поддерживаемый слегка на лестнице трактирным слугою.