Патриарх же еще ранее знал обо всем, что происходит в городе, и, имея в свите правителя подкупных людей, которые тоже любили ковры «нежнее сна и легче пуха», постоянно был ими обо всем извещаем. Так известился он также заранее и о наряженном к нему посольстве и, в ожидании посла с букетом, удалился в свою пышную баню и, раздевшись, сел в широкую круглую ванну, над которою в потолке пестрым мрамором были выложены слова: «Мы веруем в
единое божество Иисуса Христа и в воскресение тела».
Все равно, что бы я ни был: такой же зверь, как и все, на котором трава вырастет, и больше ничего, или я рамка, в которой вставилась часть
единого Божества, всё — таки надо жить наилучшим образом.
В христианском откровении дано, что внутрибожественная жизнь есть триединство,
единое Божество в трех ипостасях, которые суть едино в предвечно осуществляемой Божественной любви.
Вообще многобожие в язычестве свидетельствует не о нежелании, но о бессилии подняться до
Единого Божества, пребывающего трансцендентным, и есть символ этой трансцендентности, невыразимости Божества.
Неточные совпадения
Все, что есть в
Божестве, есть
Единое, о котором ничего нельзя говорить.
Божество по благодати открывается человеку в меру способности отдельного духа, но сама «пресущественная беспредельность лежит выше сущности (трансцендентна ей); выше умов превышающее ум единство; недоступно всякому рассуждению
единое, превосходящее рассуждение; неизреченное для всякого слова благо превыше слова; единство, единящее всякое единство, и пресущественная сущность, и ум, недоступный уму, и слово неизрекаемое, бессловность, безразумность и безымянность, не соответствующая ничему из сущего; виновное в бытии всего, само не будучи сущим, как трансцендентное всякой сущности» (ib.).
Духовный источник мироутверждения заключается в обращенности духа ко многому и отвращенности от Божественного
единого ничто [Эта жизнь (тварности и раздора) должна прийти в ничто… таким образом в той же жизни, в какой я ощущаю свою яйность (Ichheit), грех и смерть; она должна сойти в ничто, ибо в жизни, каковая есть Бог во мне, я враждебен смерт и и греху; и по жизни, которая есть еще в моей яйности, я чужд ничто как
Божеств» (dem Nichts als der Gottheit) (IV, 359, § 63).
Божество в Его внутрибожественной жизни остается трансцендентным для твари, однако действия
Божества, Его откровения, божественная сила, изливающаяся в творении, есть то же
Божество,
единое, неделимое, присносущее.
Энергия есть
Божество, целое и
единое в каждом луче своем,
Божество действующее, открывающееся ad extra.