Но кто убийца их жестокой?
Он был
с седою бородой;
Не видя девы черноокой,
Сокрылся он в глуши лесной.
Увы! то был отец несчастный!
Быть может, он ее сгубил;
И тот свинец его опасный
Дочь вместе с пленником убил?
Не знает он, она сокрылась,
И с ночи той уж не явилась.
Черкес! где дочь твоя? глядишь,
Но уж ее не возвратишь!!.
…Он бежит подле лошадки, он забегает вперед, он видит, как ее секут по глазам, по самым глазам! Он плачет. Сердце в нем поднимается, слезы текут. Один из секущих задевает его по лицу; он не чувствует, он ломает свои руки, кричит, бросается к седому старику
с седою бородой, который качает головой и осуждает все это. Одна баба берет его за руку и хочет увесть; но он вырывается и опять бежит к лошадке. Та уже при последних усилиях, но еще раз начинает лягаться.
Простор и пустота — как в пустыне. Кое-где высунется из окна голова
с седой бородой, в красной рубашке, поглядит, зевая, на обе стороны, плюнет и спрячется.
Когда мы подходили к поселку, навстречу нам вышел старшина Сю Кай. Это был благообразный старик
с седой бородой. Местом стоянки я выбрал фанзу таза Сиу Фу, одиноко стоящую за протокой.
Неточные совпадения
Будет, будет бандурист
с седою по грудь
бородою, а может, еще полный зрелого мужества, но белоголовый старец, вещий духом, и скажет он про них свое густое, могучее слово.
Лысый, свежий старик,
с широкою рыжею
бородой,
седою у щек, отворил ворота, прижавшись к верее, чтобы пропустить тройку.
Этот, по словам Аркадия Павлыча, государственный человек был роста небольшого, плечист,
сед и плотен,
с красным носом, маленькими голубыми глазами и
бородой в виде веера.
Первым втиснулся в дверь толстый вахмистр
с портфелем под мышкой,
с седой, коротко подстриженной
бородой, он отодвинул Клима в сторону, к вешалке для платья, и освободил путь чернобородому офицеру в темных очках, а офицер спросил ленивым голосом:
Из-за стволов берез осторожно вышел старик, такой же карикатурный, как лошадь: высокий, сутулый, в холщовой, серой от пыли рубахе, в таких же портках, закатанных почти по колено, обнажавших ноги цвета заржавленного железа. Серые волосы
бороды его — из толстых и странно прямых волос, они спускались
с лица, точно нитки, глаза — почти невидимы под
седыми бровями. Показывая Самгину большую трубку, он медленно и негромко, как бы нехотя, выговорил: