Неточные совпадения
Через минуту
она вышла из галереи с
матерью и франтом, но, проходя мимо Грушницкого, приняла вид такой чинный и важный — даже не обернулась, даже не заметила его страстного взгляда, которым он долго
ее провожал, пока, спустившись с горы,
она не скрылась за липками бульвара…
Несколько раз княжна под ручку с
матерью проходила мимо меня, сопровождаемая каким-то хромым старичком; несколько раз
ее взгляд, упадая на меня, выражал досаду, стараясь выразить равнодушие…
Прошла почти неделя, а я еще не познакомился с Лиговскими. Жду удобного случая. Грушницкий, как тень, следует за княжной везде; их разговоры бесконечны: когда же он
ей наскучит?..
Мать не обращает на это внимания, потому что он не жених. Вот логика
матерей! Я подметил два, три нежные взгляда, — надо этому положить конец.
— Что вам угодно? — произнесла
она дрожащим голосом, бросая кругом умоляющий взгляд. Увы!
ее мать была далеко, и возле никого из знакомых
ей кавалеров не было; один адъютант, кажется, все это видел, да спрятался за толпой, чтоб не быть замешану в историю.
Княжна подошла к своей
матери и рассказала
ей все; та отыскала меня в толпе и благодарила.
Она объявила мне, что знала мою
мать и была дружна с полдюжиной моих тетушек.
Когда я был еще ребенком, одна старуха гадала про меня моей
матери;
она предсказала мне смерть от злой жены; это меня тогда глубоко поразило; в душе моей родилось непреодолимое отвращение к женитьбе…
Вот наконец мы пришли; смотрим: вокруг хаты, которой двери и ставни заперты изнутри, стоит толпа. Офицеры и казаки толкуют горячо между собою: женщины воют, приговаривая и причитывая. Среди их бросилось мне в глаза значительное лицо старухи, выражавшее безумное отчаяние.
Она сидела на толстом бревне, облокотясь на свои колени и поддерживая голову руками: то была
мать убийцы.
Ее губы по временам шевелились: молитву они шептали или проклятие?
Сюда! за мной! скорей! скорей! // Свечей побольше, фонарей! // Где домовые? Ба! знакомые всё лица! // Дочь, Софья Павловна! страмница! // Бесстыдница! где! с кем! Ни дать ни взять она, // Как
мать ее, покойница жена. // Бывало, я с дражайшей половиной // Чуть врознь — уж где-нибудь с мужчиной! // Побойся бога, как? чем он тебя прельстил? // Сама его безумным называла! // Нет! глупость на меня и слепота напала! // Всё это заговор, и в заговоре был // Он сам, и гости все. За что я так наказан!..
Девочка хотела сказать, но забыла, как лопатка по-французски;
мать ей подсказала и потом по-французски же сказала, где отыскать лопатку. И это показалось Левину неприятным.
Одинцова произнесла весь этот маленький спич [Спич (англ.) — речь, обычно застольная, по поводу какого-либо торжества.] с особенною отчетливостью, словно она наизусть его выучила; потом она обратилась к Аркадию. Оказалось, что
мать ее знавала Аркадиеву мать и была даже поверенною ее любви к Николаю Петровичу. Аркадий с жаром заговорил о покойнице; а Базаров между тем принялся рассматривать альбомы. «Какой я смирненький стал», — думал он про себя.
— Хотя она и гордая и обидела меня, а все-таки скажу:
мать она редкая. Теперь, когда она отказала мне, чтоб Ваню не посылать в Рязань, — ты уж ко мне больше не ходи. И я к вам работать не пойду.
Неточные совпадения
Итак,
она звалась Татьяной. // Ни красотой сестры своей, // Ни свежестью
ее румяной // Не привлекла б
она очей. // Дика, печальна, молчалива, // Как лань лесная, боязлива, //
Она в семье своей родной // Казалась девочкой чужой. //
Она ласкаться не умела // К отцу, ни к
матери своей; // Дитя сама, в толпе детей // Играть и прыгать не хотела // И часто целый день одна // Сидела молча у окна.
Матери лишилась
она еще в детстве.
В первом издании второго тома «Мертвых душ» (1855) имеется примечание: «Здесь пропущено примирение генерала Бетрищева с Тентетниковым; обед у генерала и беседа их о двенадцатом годе; помолвка Улиньки за Тентетниковым; молитва
ее и плач на гробе
матери; беседа помолвленных в саду.
— Милая, я сидела возле
нее: румянец в палец толщиной и отваливается, как штукатурка, кусками.
Мать выучила, сама кокетка, а дочка еще превзойдет матушку.
В других домах рассказывалось это несколько иначе: что у Чичикова нет вовсе никакой жены, но что он, как человек тонкий и действующий наверняка, предпринял, с тем чтобы получить руку дочери, начать дело с
матери и имел с
нею сердечную тайную связь, и что потом сделал декларацию насчет руки дочери; но
мать, испугавшись, чтобы не совершилось преступление, противное религии, и чувствуя в душе угрызение совести, отказала наотрез, и что вот потому Чичиков решился на похищение.