Итак, погодите или, если хотите, переверните несколько страниц, только я вам этого не советую, потому что переезд через Крестовую гору (или, как называет ее ученый Гамба, le Mont St-Christophe) достоин вашего любопытства.
Перечитывая эту страницу, я замечаю, что далеко отвлекся от своего предмета… Но что за нужда?.. Ведь этот журнал пишу я для себя, и, следственно, все, что я в него ни брошу, будет со временем для меня драгоценным воспоминанием.
Она сидела неподвижно, опустив голову на грудь; пред нею на столике была раскрыта книга, но глаза ее, неподвижные и полные неизъяснимой грусти, казалось, в сотый раз пробегали одну и ту же страницу, тогда как мысли ее были далеко…
Перечитываю последнюю страницу: смешно! Я думал умереть; это было невозможно: я еще не осушил чаши страданий и теперь чувствую, что мне еще долго жить.
А в доказательство приложил к просьбе преогромнейший том какого-то романтического сочинения, где чрез каждые десять страниц является капитан-исправник, местами даже совершенно в пьяном виде.
Паратов. Нет, со мной, господа, нельзя, я строг на этот счет. Денег у него нет, без моего разрешения давать не велено, а у меня как попросит, так я ему в руки французские разговоры, на счастье нашлись у меня; изволь прежде страницу выучить, без того не дам… Ну и учит сидит. Как старается!
Поэт А! знаю: «Вишь, куда метнул!» Но я обстрелянная птица. Жаль, нет охоты говорить. (Берет книгу.) Спаситель Пушкин! — Вот страница: Прочти — и перестань корить!
День за днем прошли два месяца. Я с Коноваловым о многом переговорил и много прочитал. «Бунт Стеньки» я читал ему так часто, что он уже свободно рассказывал книгу своими словами, страницу за страницей, с начала до конца.
Эта глава метафорически открывает первую страницу книги, которая написана разработчиками по всему миру, и теперь у каждого из нас есть шанс внести свой вклад в её продолжение.
Если зимний день тягучий Заменила нам весна, Прочитай на этот случай Две страницы Куприна. На одной найдёшь ты зиму, На другой найдёшь весну. И"спасибо побратиму"– Сердцем скажешь Куприну.
Нет грани меж прозой и стихом: Речение, В котором все слова притерты, Пригнаны и сплавлены Умом и терпугом, паялом и терпеньем, Становится лирической строфой, — Будь то страница Тацита Иль медный текст закона.
Но несколько минут жизни, несколько первых страниц книги посвятим главным, трудным, центральным мыслям.
Эта глава метафорически открывает первую страницу книги, которая написана разработчиками по всему миру, и теперь у каждого из нас есть шанс внести свой вклад в её продолжение.
Выбирать приходилось из нескольких тысяч компаний, список которых печатали на нескольких последних страницах журнала.