Неточные совпадения
Усталый,
жаждою томимый,
С лица стирая кровь и пот,
Гарун меж скал аул родимый
При лунном свете узнает;
Подкрался он, никем незримый…
Кругом молчанье и
покой,
С кровавой битвы невредимый
Лишь он один пришел домой.
— Нет людей, которым истина была бы нужна ради ее самой, ради наслаждения ею. Я повторяю: человек хочет истины, потому что
жаждет покоя. Эту нужду вполне удовлетворяют так называемые научные истины, практического значения коих я не отрицаю.
Она куталась в плед, чтоб согреться, и взглядывала по временам на Райского, почти не замечая, что он делает, и все задумывалась, задумывалась, и казалось, будто в глазах ее отражалось течение всей ее молодой, но уже глубоко взволнованной и еще не успокоенной жизни,
жажда покоя, тайные муки и робкое ожидание будущего, — все мелькало во взгляде.
Неточные совпадения
Погруженная в раздумье, Дуня не чувствовала восторга, что каждый раз находил на нее на радениях. Сидит безмолвная, недвижимая, взоры у ней строгие, взгляд суровый. А меж тем громче и громче раздаются неистовые вопли, плач и рыданья. Ждут не дождутся на кругу пророчицы. Ждут не дождутся Дуни. Все
жаждут слышать из уст ее проречения… А она ровно мертвая. Склонила голову в изнеможенье, пребывая в строгом бесчувственном
покое.
Да и то сказать; она давно уже чувствовала приближение старческой немощи вместе со всякими недугами и
жаждала полного, ничем не смущаемого добродетельного
покоя.
Июнь переваливает за вторую половину. Лагерная жизнь начинает становиться тяжелой для юнкеров. Стоят неподвижные, удручающе жаркие дни. По ночам непрестанные зарницы молчаливыми голубыми молниями бегают по черным небесам над Ходынским полем. Нет
покоя ни днем, ни ночью от тоскливой истомы. Души и тела
жаждут грозы с проливным дождем.
Несчастие другого человека не давало ей
покоя, не давало жить. Вернее, даже не так, а вот как: свою
жажду помощи ее тянуло утолить с тою же неодолимою настойчивостью, с какою пьяницу тянет к вину. Знает, что денег не пожертвуют:
К довершению своего ужаса, он стал убеждаться, что безумно любит эту посрамившую его девушку. Каприз своенравного человека постепенно вырос в роковую страсть. Граф положительно не находил себе
покоя ни днем, ни ночью. Образ княжны, повторяем, неотступно носился перед ним. Он
жаждал видеть ее и боялся с нею встречи.