Когда всю ночь я в шумном круге Сидел и хохотал с истерзанной душой, Искал ли я в тебе как в друге Надежды, жалости?.. бывал ли я с тобой Таков, как иногда бываю Один с моим творцом, когда под гнетом бед За преступленья юных лет Я, горько плача, умоляю?
Двух минут не прошло, как уже вся толпа отхлынула в разные стороны — и на земле, перед дверью кабака, оказалось небольшое, худощавое, черномазое существо в нанковом кафтане, растрепанное и истерзанное… Бледное лицо, закатившиеся глаза, раскрытый рот… Что это? замирание ужаса или уже самая смерть?
Истерзанная, исколотая, с висящими внутренностями, акула билась о палубу, извивалась змеей, быстро и сильно описывала хвостом круги и все подвигалась к краю.