«Последний Новик. Том 2» (Лажечников И. И., 1833) по всей классике
В одном из них, отличавшемся от других величиною и убранством, сидела царевна София Алексеевна, окруженная сестрами своими, молодою, пригожею царицей Марфою Матвеевной, узнавшею столь рано печаль вдовства [Дочь Матвея Васильевича Апраксина, сочетавшаяся пятнадцатого февраля 1682 года с царем Федором Алексеевичем, по прозванию Чахлым, и овдовевшая, двадцати лет, двадцать седьмого апреля того ж года.], и многими знатными девицами, приехавшими делить с подругами своими радости сельской, свободной жизни.
Перехватов, как и Янсутский, со вдовства Домны Осиповны начал сильно желать, чтобы она, сверх сердца, отдала ему и руку свою; но у Домны Осиповны по этому поводу зародились свои собственные соображения: как владетельнице огромного состояния, ей стала казаться партия с ним слишком низменною; Перехватов все-таки был выскочка!..
Жила она у Павла Петровича лет около десяти, поступивши еще при жизни его супруги, и почти три года его вдовства бесконтрольно вела его небольшое хозяйство.
Привыкнув видеть возле себя ласковую и заботливую жену, он страшно скучал один в своём роскошном доме и через два года вдовства решил, что можно найти потерянное счастье во втором супружестве.
Привыкнув видеть возле себя ласковую и заботливую жену, он страшно скучал один в своём роскошном доме и через два года вдовства решил, что можно найти потерянное счастье во втором супружестве.
Брак, заключённый в этом месяце, считался недолгим, была возможность раннего вдовства.
Его безутешная половина должна провести здесь весь срок своего горестного соломенного вдовства.