Неточные совпадения
Замелькали опять перед ними огни фонарей, и пронеслись мимо дома Тверской-Ямской, и отступили от них, как будто в страхе, мифологические гиганты, безмолвные стражи новых триумфальных ворот. Вот они миновали Петровский парк, Разумовское. Снежное поле, и над ними по
голубому небесному раздолью плывет полный, назревший месяц. Широко, привольно, словно они одни в
мире, дышится так легко.
Неточные совпадения
Глядишь, и не знаешь, идет или не идет его величавая ширина, и чудится, будто весь вылит он из стекла и будто
голубая зеркальная дорога, без меры в ширину, без конца в длину, реет и вьется по зеленому
миру.
— Здравствуй,
мир честно́й, во́ веки веков! Ну, вот, Олеша,
голуба́ душа, и зажили мы тихо-о! Слава те, царица небесная, уж так-то ли хорошо стало всё!
Сколько покоя, сколько
мира чувствовалось под этим открытым
голубым небом, того
мира, которого недостает бессильному, слабому человеку, придавленному к земле своей бесконечной злобой.
Четырехугольник, и в нем веснушчатое лицо и висок с географической картой
голубых жилок — скрылись за углом, навеки. Мы идем — одно миллионноголовое тело, и в каждом из нас — та смиренная радость, какою, вероятно, живут молекулы, атомы, фагоциты. В древнем
мире — это понимали христиане, единственные наши (хотя и очень несовершенные) предшественники: смирение — добродетель, а гордыня — порок, и что «МЫ» — от Бога, а «Я» — от диавола.
Все это было совсем близко от меня, мне видны были мельчайшие детали, и очень ясно запомнилась тонкая, длинная шея и на виске — путаный переплет
голубых жилок, как реки на географической карте маленького неведомого
мира, и этот неведомый
мир — видимо, юноша.