Неточные совпадения
Антон сыскал гвоздь и начертал на стене четыре слова: liebe Mutter, liebe A…, [
Дорогая мать,
дорогая А… (нем.)] прощальные
с землею слова или, что все равно,
с теми, кого не было для него
дороже на земле.
Писав их, он обливался слезами, как будто вырывался из объятий милой матери, милой невесты, чтобы никогда их не увидеть.
Василий Иваныч после пожара два раза ездил в губернский город и дальше по Волге за Нижний;
писал с дороги, но очень маленькие письма и чаще посылал телеграммы. Вчера он только что вернулся и опять уехал в уездный город. К обеду должен быть домой.
Неточные совпадения
Этот долг можно заплатить из выручки за хлеб. Что ж он так приуныл? Ах, Боже мой, как все может переменить вид в одну минуту! А там, в деревне, они распорядятся
с поверенным собрать оброк; да, наконец, Штольцу
напишет: тот даст денег и потом приедет и устроит ему Обломовку на славу, он всюду
дороги проведет, и мостов настроит, и школы заведет… А там они,
с Ольгой!.. Боже! Вот оно, счастье!.. Как это все ему в голову не пришло!
— Ты знаешь, сколько дохода
с Обломовки получаем? — спрашивал Обломов. — Слышишь, что староста
пишет? доходу «тысящи яко две помене»! А тут
дорогу надо строить, школы заводить, в Обломовку ехать; там негде жить, дома еще нет… Какая же свадьба? Что ты выдумал?
Но что там он поссорился
с начальником и поехал назад в Москву, но
дорогой так заболел, что едва ли встанет, —
писала она.
—
Пишу другой: мальчика заставили пасти гусей, а когда он полюбил птиц, его сделали помощником конюха. Он полюбил лошадей, но его взяли во флот. Он море полюбил, но сломал себе ногу, и пришлось ему служить лесным сторожем. Хотел жениться — по любви — на хорошей девице, а женился из жалости на замученной вдове
с двумя детьми. Полюбил и ее, она ему родила ребенка; он его понес крестить в село и
дорогой заморозил…
От скуки Орлов не знал, что начать. Пробовал он и хрустальную фабрику заводить, на которой делались средневековые стекла
с картинами, обходившиеся ему
дороже, чем он их продавал, и книгу он принимался
писать «о кредите», — нет, не туда рвалось сердце, но другого выхода не было. Лев был осужден праздно бродить между Арбатом и Басманной, не смея даже давать волю своему языку.