Неточные совпадения
Итальянцев или фрязов, как тогда их называли, еще терпел он в своем дому и удостоивал своей беседы, потому что они строили или сбирались строить домы божии; болонского художника Рудольфа Фиоравенти, иначе Аристотеля, уважал как розмысла, будущего зодчего Успенского
собора, и более как
отца мальчика, крещенного по-русски.
Часто спрашивает себя о причине своей тоски, требует у сердца отчета, почему оно любит иноземца, басурмана, которого гнушаются все добрые люди и клянет
отец, чью веру прокляли святые
отцы на
соборе.
На все убеждения друга он хранил глубокое молчание; в его душе восставали против лекаря сильнейшие убеждения, воспитанные ненавистью ко всему иноземному, неединоверному, проклятому, — как он говорил, — святыми
отцами на
соборе и еще более проклятому душою суровою, угрюмою с того времени, как пал от руки немца любимый сын его.
Неточные совпадения
И вот с самого великого
собора, бывшего без малого месяц тому назад, она совсем изменилась: не принимает участья ни на святом кругу, ни за столом, сидит взаперти, тоскует, грустит и просится к
отцу домой.
Настал час великого
собора. Стемнело. Утомленные цело-дневным жнитвом, крестьяне спать полегли. И
отец Прохор спит со своей семьей. Спит село, одни собаки настороже.
Прежде езжала она на
соборы с
отцом и матерью, но вот уже четыре года минуло, как паралич приковал к постели ее мать, и Катенька ездит к Луповицким одна либо со Степаном Алексеичем.
До того места доходит Таифа, где
собор отцов хулит и порицает пляски, скаканья, плещевания руками, ножной топот и клич неподобный.
Посмотреть на него — загляденье: пригож лицом, хорош умом, одевается в сюртуки по-немецкому, по праздникам даже на фраки дерзает, за что старуха бабушка клянет его, проклинает всеми святыми
отцами и всеми
соборами: «Забываешь-де ты, непутный, древлее благочестие, ересями прельщаешься, приемлешь противное Богу одеяние нечестивых…» Капиталец у Веденеева был кругленький: дела он вел на широкую руку и ни разу не давал оплошки; теперь у него на Гребновской караван в пять баржéй стоял…