Он передал Ивану Васильевичу просьбу «святого цесарского величества иметь
живых зверей, называемых по-русски лосями, если можно, молодых без рог или с отпиленными рогами, чтобы они не могли вредить, и одного из вогулят, которые едят сырое мясо».
Неточные совпадения
Когда прошло смущение Поппеля, он изъявил желание своего государя получить в дар от Ивана Васильевича
живых лосей и вместе одного из вогулят, [Вогуличи, жители Угорской земли, незадолго до того покоренной Иоанну, ныне обитатели Березовского уезда Тобольской губернии.] которые едят сырое мясо, и прибавлял, что император злобил на него, почему он в первую поездку свою не привез таких
зверей и людей.
Иногда, уставая от забот о деле, он чувствовал себя в холодном облаке какой-то особенной, тревожной скуки, и в эти часы фабрика казалась ему каменным, но
живым зверем, зверь приник, прижался к земле, бросив на неё тени, точно крылья, подняв хвост трубою, морда у него тупая, страшная, днём окна светятся, как ледяные зубы, зимними вечерами они железные и докрасна раскалены от ярости.
Неточные совпадения
«Соседка, слышала ль ты добрую молву?» // Вбежавши, Крысе Мышь сказала: — // «Ведь кошка, говорят, попалась в когти льву? // Вот отдохнуть и нам пора настала!» — // «Не радуйся, мой свет», // Ей Крыса говорит в ответ: // «И не надейся попустому! // Коль до когтей у них дойдёт, // То, верно, льву не быть
живому: // Сильнее кошки
зверя нет!»
Он шел к плетню, тоже не оборачиваясь, злобно, непокорным
зверем, уходящим от добычи. Он не лгал, он уважал Веру, но уважал против воли, как в сражении уважают неприятеля, который отлично дерется. Он проклинал «город мертвецов», «старые понятия», оковавшие эту
живую, свободную душу.
Со словами Дерсу нельзя было не согласиться. У себя на родине китайцы уничтожили все
живое. У них в стране остались только вороны, собаки и крысы. Даже в море, вблизи берегов, они уничтожили всех трепангов, крабов, моллюсков и всю морскую капусту. Богатый
зверем и лесами Приамурский край ожидает та же участь, если своевременно не будут приняты меры к борьбе с хищничеством китайцев.
В связи с этим понятна не только любовь человека к
живой твари, столь непосредственная особенно у детей, но и вся символика
зверей, в которой их образами выражаются человеческие черты (напр., у прор.
Сотворение земли лежит вне шести дней миротворения, есть его онтологический prius [См. прим. 22 к «Отделу первому».], и творческие акты отдельных дней предполагают своей основой первозданную землю: в ней отделяется свет от тьмы, твердь от воды, в ней создается земное уже небо, в котором двигнутся светила и полетят птицы, на ней стекается земная вода, которая «произведет» пресмыкающихся, из нее образуется твердь или земная земля, которая произведет «душу
живую по роду ее, скотов и гадов и
зверей земных» [Быт.