Это откровенное объяснение, искусно переданное врачу, дало его сердцу случай начать подвиги добра, на которые он собирался, ехав в Москву. В первом отделении нашли они целое семейство татар. Мужчины и женщины — мать и сын, муж и жены, братья и сестры — все валялись кое-как, кто на лавках, кто на полу. Нечистота и духота были нестерпимые. Бледные, истомленные лица, униженный вид говорили
живее слов о несчастном их положении.
Неточные совпадения
—
Живали в больших городах, видали императора и церковь святого Стефана, так
слова даром не пророните, все равно что розенобель.
Отыскали наконец… Бедный, несчастный Антон! не застал царевича в
живых. Даньяр лежал в беспамятстве на трупе сына; он не видел лекаря, а то б убил его. Татаре бросились было на Антона, но его освободили недельщики, присланные уж с приказанием великого князя взять его под стражу и заковать в железа. Антон не противился; он знал, что участь его решена, он понимал Ивана Васильевича и помнил, что
слово грозного владыки не мимо идет. Невинный, он должен был подклонить голову под топор палача.
Надежда?.. Боже великий! как при этом
слове сердце забилось сильнее, кровь
живее заструилась! как при этом
слове выступили из мрака все милые люди с ласкою, со всеми дарами жизни и окружили его!
— Самолюбия, — сказал Левин, задетый за
живое словами брата, — я не понимаю. Когда бы в университете мне сказали, что другие понимают интегральное вычисление, а я не понимаю, тут самолюбие. Но тут надо быть убежденным прежде, что нужно иметь известные способности для этих дел и, главное, в том, что все эти дела важны очень.
— Да, прекрасно, — говорил он, вдумываясь в назначение профессора, — действовать на ряды поколений
живым словом, передавать все, что сам знаешь и любишь!
Неточные совпадения
Хранили многие страницы // Отметку резкую ногтей; // Глаза внимательной девицы // Устремлены на них
живей. // Татьяна видит с трепетаньем, // Какою мыслью, замечаньем // Бывал Онегин поражен, // В чем молча соглашался он. // На их полях она встречает // Черты его карандаша. // Везде Онегина душа // Себя невольно выражает // То кратким
словом, то крестом, // То вопросительным крючком.
Письмо Татьяны предо мною; // Его я свято берегу, // Читаю с тайною тоскою // И начитаться не могу. // Кто ей внушал и эту нежность, // И
слов любезную небрежность? // Кто ей внушал умильный вздор, // Безумный сердца разговор, // И увлекательный и вредный? // Я не могу понять. Но вот // Неполный, слабый перевод, // С
живой картины список бледный, // Или разыгранный Фрейшиц // Перстами робких учениц:
Кто б ни был ты, о мой читатель, // Друг, недруг, я хочу с тобой // Расстаться нынче как приятель. // Прости. Чего бы ты за мной // Здесь ни искал в строфах небрежных, // Воспоминаний ли мятежных, // Отдохновенья ль от трудов, //
Живых картин, иль острых
слов, // Иль грамматических ошибок, // Дай Бог, чтоб в этой книжке ты // Для развлеченья, для мечты, // Для сердца, для журнальных сшибок // Хотя крупицу мог найти. // За сим расстанемся, прости!
От него не дождешься никакого
живого или хоть даже заносчивого
слова, какое можешь услышать почти от всякого, если коснешься задирающего его предмета.
Здесь Костанжогло плюнул и чуть-чуть не выговорил несколько неприличных и бранных
слов в присутствии супруги. Суровая тень темной ипохондрии омрачила его
живое лицо. Вздоль лба и впоперек его собрались морщины, обличители гневного движенья взволнованной желчи.