Неточные совпадения
Руки царя были нежны, белы, теплы и красивы, как у женщины, но
в них заключался такой избыток жизненной силы, что, налагая ладони на темя больных, царь исцелял головные боли, судороги, черную меланхолию и беснование. На указательном пальце левой руки
носил Соломон гемму из кроваво-красного астерикса, извергавшего из себя шесть лучей жемчужного цвета. Много сотен лет было этому кольцу, и на оборотной
стороне его камня вырезана была надпись на языке древнего, исчезнувшего народа: «Все проходит».
Вот уж другие сутки огибаем острова Гото с окружающими их каменьями. Делают опись берегам, но течение мешает:
относит в сторону. Недаром у китайцев есть поговорка: хороши японские товары, да трудно обойти Гото. Особенно для их судов — это задача. Всех островов Гото, кажется, пять.
Вдруг ветер переменился, и дым
отнесло в сторону. Дерсу поднялся и растолкал меня. Я попробовал было еще идти по галечниковой отмели, но вскоре убедился, что это свыше моих сил: я мог только лежать и стонать.
Лишь фигура да взор напоминали прежнего Висленева: он также мялся на месте и то тупил глаза вниз, то хотел их поднять и рассмеяться, что ему, наконец, и удалось. Видя недоумение Глафиры, он вдруг принял из несмелой и потерянной позы самую развязную, и шаркнув и размашисто поклонясь пред Бодростиной,
отнес в сторону руку и произнес:
Неточные совпадения
У одного забота: завтра
в присутственное место зайти, дело пятый год тянется, противная
сторона одолевает, и он пять лет
носит одну мысль
в голове, одно желание: сбить с ног другого и на его падении выстроить здание своего благосостояния.
Он был тоже из «молодых», то есть ему недавно минуло сорок лет, но он уже метил
в государственные люди и на каждой
стороне груди
носил по звезде.
Фрегат повели, приделав фальшивый руль, осторожно, как
носят раненого
в госпиталь,
в отысканную
в другом заливе, верстах
в 60 от Симодо, закрытую бухту Хеда, чтобы там повалить на отмель, чинить — и опять плавать. Но все надежды оказались тщетными. Дня два плаватели носимы были бурным ветром по заливу и наконец должны были с неимоверными усилиями перебраться все (при морозе
в 4˚) сквозь буруны на шлюпках, по канату, на берег, у подошвы японского Монблана, горы Фудзи,
в противуположной
стороне от бухты Хеда.
Тотчас мы стали сушиться. От намокшей одежды клубами повалил пар. Дым костра
относило то
в одну, то
в другую
сторону. Это был верный признак, что дождь скоро перестанет. Действительно, через полчаса он превратился
в изморось. С деревьев продолжали падать еще крупные капли.
От Сидатуна долина Имана
носит резко выраженный денудационный характер. Из мелких притоков ее
в этом месте замечательны: с правой
стороны Дандагоу [Дунь-да-гоу — большая восточная долина.] (с перевалом на Арму), потом — Хуангзегоу [Хуа-цзянь-гоу — долина,
в которой много цветов.] и Юпигоу [Ю-пи-гоу — долина рыбьей кожи.], далее — Могеудзгоу [Мо-чу-цзы-гоу — долина, где растет много грибов.] и Туфангоу [Ту-фан-гоу — долина с домами из земли.].