— Нет, подождите… мы сделаем вот что. — Назанский с трудом переворотился набок и поднялся на локте. — Достаньте там, из шкафчика… вы знаете… Нет, не надо яблока… Там есть мятные лепешки. Спасибо, родной. Мы вот что сделаем… фу, какая гадость!.. Повезите меня куда-нибудь на воздух — здесь омерзительно, и я здесь боюсь… Постоянно такие страшные галлюцинации. Поедем, покатаемся на лодке и поговорим. Хотите?
Бедная, маленькая комната в квартире Зыбкиной; в глубине дверь в кухню, у задней стены диван, над ним повешаны в рамках школьные похвальные листы; налево окно, направо шкафчик, подле него обеденный стол; стулья простой, топорной работы, на столе тарелка с яблоками.
Тот же письменный стол, на котором стояла чернильница без чернил, тот же угловой шкафчик, где хранилась у Бубнова заветная мадера, тот же ковер на полу, кресло, этажерка в углу, какая-то дамская шифоньерка.
Есть дети, которые в этом возрасте никогда не открывают дверцы кухонных шкафчиков, не пытаются заглянуть в закрытые коробки или попробовать на вкус папины ботинки.
Страшные рассказы о том, как один ребёнок пошёл… и начал открывать шкафчики.
Есть дети, которые в этом возрасте никогда не открывают дверцы кухонных шкафчиков, не пытаются заглянуть в закрытые коробки или попробовать на вкус папины ботинки.
Я послушно пошла в сторону кухни и открыла небольшой шкафчик.