Неточные совпадения
— А я только вчера из Варшавы, — говорил он Бейгушу, фланерски ухватя его под руку и направляя праздные стопы свои в одну с ним сторону. — Ну,
душа моя, дела наши идут пока отлично! Наязд сконфужен,
потерял и руки, и голову, и нос опустил на квинту!.. Варшава теперь чудо что такое!.. Эдакая пестрота, движение, чамарки, кунтуши, конфедератки, буты, то есть просто
душа радуется!.. Доброе времечко! Ну, а ты как?.. Что семейная сладость и прочее?.. а?
Тогда Иисус сказал ученикам своим: если кто хочет идти за мною, отвергнись себя и возьми крест свой и следуй за мною. Ибо кто хочет жизнь свою сберечь, тот потеряет ее; а кто
потеряет душу свою ради меня, тот обретет ее. Какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? Или какой выкуп даст человек за душу свою?
Несомненно, что такое решение, даже с евангельской точки зрения — было падением, было сбереганием души, — тем сбереганием, о котором в Евангелии сказано: «кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее; а кто
потеряет душу свою ради Меня, тот сбережет ее».
Неточные совпадения
Признаюсь, я имею сильное предубеждение против всех слепых, кривых, глухих, немых, безногих, безруких, горбатых и проч. Я замечал, что всегда есть какое-то странное отношение между наружностью человека и его
душою: как будто с потерею члена
душа теряет какое-нибудь чувство.
Ведай, что предузнанное блаженство
теряет свою сладость долговременным ожиданием, что прелестность настоящего веселия, нашед утомленные силы, немощна произвести в
душе столь приятного дрожания, какое веселие получает от нечаянности.
Понемногу он
потерял все, кроме главного — своей странной летящей
души; он
потерял слабость, став широк костью и крепок мускулами, бледность заменил темным загаром, изысканную беспечность движений отдал за уверенную меткость работающей руки, а в его думающих глазах отразился блеск, как у человека, смотрящего на огонь.
Человек так свыкся с этими извечными идолами своей
души, так долго возлагал на них лучшие свои упования, что мысль о возможности
потерять их никогда отчетливо не представлялась уму.
А я, бывало, не только что смотреть с любопытством неразумным, я и взглянуть-то на него боялся. Измучен был я до болезни, и
душа моя была полна слез. Ночной даже сон
потерял.