Неточные совпадения
— Все, чтó пригодно, то останется, а о тех, которые
будут забраны, и в семьях, и в обществе пойдут
толки, сожаления, сетования да ропот…
— Своевременно узнаете, — спокойно возразил Полояров. — Нам нужно
будет поговорить ладком, по-божьи, чтобы
толком кончить. Прикажите-ка никого не принимать, пока я здесь.
И комфортно рассевшись в глубоком кресле да заложив нoгy на ногу, Ардальон Михайлович, не без внутреннего удовольствия, принялся за чтение и читал, что называется, с чувством, с
толком, с расстановкой, наблюдая время от времени из-под своих очков, какое действие производит его статья на Калистрата Стратилактовича. Но вначале не
было заметно никакого действия. Верхохлебов даже пренебрежительно перебил его...
— Ну, коли о
толке говорить, так это длинные разговоры пойдут. Надо, голубчик мой, чтоб у каждого человека какое-нибудь дело
было, какая-нибудь задача в жизни.
Проводя у Стрешневых почти все свое время, Хвалынцев только вскользь успевал следить за ходом университетских событий, за движением и
толками в обществе, которые
были вызваны этими событиями.
В общественных
толках этот достопамятный для петербургского университета день
был назван «студентским днем». Это название надолго осталось за ним и в воспоминаниях тогдашнего и последующего студентства.
— Как бы то ни
было, но они, по силе вещей, должны организоваться! — с убеждением настаивал бравый поручик; — тихо, или быстро, явно или тайно — это зависит от силы людей, от сближения, от согласия их, но они образуются! Остановиться теперь уже невозможно. Тут все может способствовать: и общественные
толки, и слово, и печать, и дело — все должно
быть пущено в ход. Задача в том, чтобы обессилить окончательно власть.
Там рассказали ей, как
было дело, даже со множеством не существовавших подробностей, которые тогда в изобилии плодились в городских
толках.
— Да вы мне скажите
толком: сидели вы где-нибудь? Арестованы
были? Высылают вас теперь из города, что ли?
Февральская книжка «Русского Вестника» принесла с собою «Отцов и Детей» Тургенева. Поднялась целая буря
толков, споров, сплетен, философских недоразумений в обществе и литературе. Ни одно еще произведение Тургенева не возбуждало столько говора и интереса, ни одно не
было более популярно и современно. Все то, что бродило в обществе как неопределенная, скорее ощущаемая, чем сознаваемая сила, воплотилось теперь в определенный, цельный образ. Два лагеря, два стремления, два потока обозначились резко и прямо.
В гостиных, в клубах, в департаментах, в ресторанах, в аудиториях, в книжных магазинах первые два-три месяца только и
толков было что об «Отцах и Детях».
Итак, лекции
были запрещены, но это запрещение не вызвало даже никаких, сколько-нибудь сильных оппозиционных
толков. Мимолетная мода уже миновала, как миновала она на воскресные школы и на многое другое…
Каждый хотел бы
быть арестован, потому что это тотчас же возбуждает в целом обществе говор,
толки, участие, сочувствие, — словом, делает из человека в некотором роде героя, а если и не героя, то во всяком случае очень интересную личность: «А, мол, Анцыфров-то!
Впрочем, многое из того, что в этих последних источниках являлось как факты, необходимо должно
было теперь подвергнуться строгому анализу и критике, а потому все то, что не имеет фактической достоверности, автор передает, как слухи и
толки, ходившие в обществе того времени, ибо все эти слухи и
толки имеют ту особенность, что необыкновенно рельефно характеризуют напряженную и во многих отношениях замечательную эпоху 1862 года.].
б-го же июня закрыт Шахматный клуб. В объявлении
было сказано, что это распоряжение состоялось «в видах прекращения встревоженного состояния умов и к предупреждению между населением столицы не имеющих никакого основания
толков о современных событиях». «В Шахматном клубе, говорило официальное объявление, происходят и из него распространяются те неосновательные суждения».
-Pe — tersbourg» [«Журнал Санкт-Петербурга» (фр.).], от 19-го июня, напечатал даже статью, предназначенную специально для успокоения
толков европейской печати, из которой можно заключить, что никаких особенных пожаров, вызванных поджогами, в сущности, пожалуй, и не
было и что пожары в России составляют слишком обыкновенное, всегдашнее явление.
Она, действительно, понимала, что возвратиться в Славнобубенск и жить там по-старому
было для него очень трудно и больно: кроме
толков и пересудов про дочку, пересудов и злых, и фальшиво-сочувственных, и равнодушно-вздорных, на которые ему невольно приходилось бы ежедневно натыкаться, там каждый уголок в его домишке, каждая вещица служили бы неотвязным и горьким воспоминанием про нее и про ее преждевременную потерю.
Неточные совпадения
Тут
был на эпиграммы падкий, // На всё сердитый господин: // На чай хозяйский слишком сладкий, // На плоскость дам, на тон мужчин, // На
толки про роман туманный, // На вензель, двум сестрицам данный, // На ложь журналов, на войну, // На снег и на свою жену. //……………………………………
И что ж? Глаза его читали, // Но мысли
были далеко; // Мечты, желания, печали // Теснились в душу глубоко. // Он меж печатными строками // Читал духовными глазами // Другие строки. В них-то он //
Был совершенно углублен. // То
были тайные преданья // Сердечной, темной старины, // Ни с чем не связанные сны, // Угрозы,
толки, предсказанья, // Иль длинной сказки вздор живой, // Иль письма девы молодой.
Он
был не глуп; и мой Евгений, // Не уважая сердца в нем, // Любил и дух его суждений, // И здравый
толк о том, о сем. // Он с удовольствием, бывало, // Видался с ним, и так нимало // Поутру не
был удивлен, // Когда его увидел он. // Тот после первого привета, // Прервав начатый разговор, // Онегину, осклабя взор, // Вручил записку от поэта. // К окну Онегин подошел // И про себя ее прочел.
Онегин
был готов со мною // Увидеть чуждые страны; // Но скоро
были мы судьбою // На долгий срок разведены. // Отец его тогда скончался. // Перед Онегиным собрался // Заимодавцев жадный полк. // У каждого свой ум и
толк: // Евгений, тяжбы ненавидя, // Довольный жребием своим, // Наследство предоставил им, // Большой потери в том не видя // Иль предузнав издалека // Кончину дяди старика.
Как их писали в мощны годы, // Как
было встарь заведено…» // — Одни торжественные оды! // И, полно, друг; не всё ль равно? // Припомни, что сказал сатирик! // «Чужого
толка» хитрый лирик // Ужели для тебя сносней // Унылых наших рифмачей? — // «Но всё в элегии ничтожно; // Пустая цель ее жалка; // Меж тем цель оды высока // И благородна…» Тут бы можно // Поспорить нам, но я молчу: // Два века ссорить не хочу.