Неточные совпадения
Я, например, литератор (это слово произнес он с оттенком горделивого достоинства), ну, занимаюсь литературным трудом, пописываю статейки там
в разных
журналах и получаю, значит, свою плату; другой коробки клеит, третья при типографском деле: каждый свое зарабатывает — и
в общий фонд, на общей потребности.
Большой раскидной стол
в просторной гостиной был завален русскими и заграничными
журналами, газетами, брошюрами и книгами.
Князю необыкновенно улыбнулась идея — самому быть редактором и печатать
в своем
журнале все свои произведения.
На такое дело он ни на минуту не призадумался бы ухлопать все свое состояньишко. Но Фрумкин, хотя и очень сочувствовал такой идее, однако же находил, что сначала практичнее было бы устроить дело книжной торговли с общественной читальней, которая могла служить общим центром для людей своего кружка, а при книжной торговле можно сперва,
в виде подготовительного опыта, заняться изданием отдельных хороших книжек, преимущественно по части переводов, а потом уже приступить и к
журналу.
Князь и от этой идеи остался
в восторге, а так как ее поддерживал и Лука Благоприобретов, то ей и суждено было осуществиться ранее
журнала.
Моисей уверил его, что он даже
в некотором роде Меценат и вместе с Полояровым сбывал ему очень выгодно на чистые деньги разные свои статейки,
в качестве материалов для будущего
журнала.
Фрумкин находил, что прежде чем затевать
журнал, необходимо основать свою собственную типографию,
в которой он мог бы печататься, и заведывание этою типографиею взять
в свои собственные Моисеевы руки.
В руках у него была случайно подвернувшаяся книга, — кажись, какой-то
журнал за прежние годы — и Бейгуш что-то читал по ней тихо, почти вполголоса, но выразительно-красивое лицо его было одушевлено каким-то особенным чувством, как будто
в этой книге он сделал неожиданную, но
в высшей степени приятную находку.
Все это забиралось у князя
в счет будущих трудов по будущему его
журналу: Лидинька брала
в счет будущих своих переводов, Анцыфров
в счет будущих корректур, остальные
в счет будущих статей и т. д.
Директор Коммерческой академии
в Москве торжественно публиковал
в своем «Отчете» о том, что он ввел
в это учебное заведение издание
журнала и карикатурного альбома под названием «Чепуха», где воспитанники (они же и издатели, и сотрудники) осмеивают своих надзирателей, учителей и т. п. Господин директор сам цензоровал «Чепуху» и заявил, что эта «Чепуха» заставляет его «иногда от души посмеяться».
Когда Иван Аксаков назвал стремления и посягательства поляков на Западный край и на Киев политическим безумием, то так называемое «общественное мнение»,
в лице всех
журналов, напало на него «за резкие выражения, направленные против поляков».
Перед этим
в нашей литературе всецело господствовал «безобразный поступок» «Века». Все
журналы, все газеты наполнялись этим «безобразным поступком», а одна из них чуть ли даже не открыла специальный отдел для этого «поступка». — «Камень Виногоров… „Век“… madame Толмачева… безобразный поступок „Века“… Виногоров… безобразный» только и слышалось со всех сторон литературной арены.
—
В таком случае, я бы просил вас на некоторое время удалиться
в ту комнату… Это будет недолго; а когда понадобится, я попрошу вас опять. Вы там найдете газеты и
журналы, если угодно.
Впрочем, Фрумкину не для чего уже было восставать против Ардальона. Во время его ареста практичный Моисей сумел так ловко обделать свои делишки, что за долги коммуны, принятые им на себя, перевел типографию на свое имя,
в полную свою собственность, совсем уже забрал
в руки юного князя и кончил тем, что
в одно прекрасное утро покинул вместе с ним на произвол судьбы коммуну и ее обитателей. Князь переселился к Фрумкину мечтать о скорейшем осуществлении «собственного своего
журнала».
Комиссия, составленная для исследования причин пожаров, канула словно
в воду, и все ее действия, несмотря на громкие требования газет,
журналов и общественного мнения, несмотря на лихорадочное ожидание всего населения Петербурга, всего русского общества, не опубликовала результатов ни своих действий, ни своих сведений.
-Pe — tersbourg» [«
Журнал Санкт-Петербурга» (фр.).], от 19-го июня, напечатал даже статью, предназначенную специально для успокоения толков европейской печати, из которой можно заключить, что никаких особенных пожаров, вызванных поджогами,
в сущности, пожалуй, и не было и что пожары
в России составляют слишком обыкновенное, всегдашнее явление.
В последнем, конечно, нельзя не согласиться с этим
журналом.
Неточные совпадения
Он так привык теряться
в этом, // Что чуть с ума не своротил // Или не сделался поэтом. // Признаться: то-то б одолжил! // А точно: силой магнетизма // Стихов российских механизма // Едва
в то время не постиг // Мой бестолковый ученик. // Как походил он на поэта, // Когда
в углу сидел один, // И перед ним пылал камин, // И он мурлыкал: Benedetta // Иль Idol mio и ронял //
В огонь то туфлю, то
журнал.
А что ж Онегин? Кстати, братья! // Терпенья вашего прошу: // Его вседневные занятья // Я вам подробно опишу. // Онегин жил анахоретом; //
В седьмом часу вставал он летом // И отправлялся налегке // К бегущей под горой реке; // Певцу Гюльнары подражая, // Сей Геллеспонт переплывал, // Потом свой кофе выпивал, // Плохой
журнал перебирая, // И одевался…
Но та, сестры не замечая, //
В постеле с книгою лежит, // За листом лист перебирая, // И ничего не говорит. // Хоть не являла книга эта // Ни сладких вымыслов поэта, // Ни мудрых истин, ни картин, // Но ни Виргилий, ни Расин, // Ни Скотт, ни Байрон, ни Сенека, // Ни даже Дамских Мод
Журнал // Так никого не занимал: // То был, друзья, Мартын Задека, // Глава халдейских мудрецов, // Гадатель, толкователь снов.
Не дай мне Бог сойтись на бале // Иль при разъезде на крыльце // С семинаристом
в желтой шале // Иль с академиком
в чепце! // Как уст румяных без улыбки, // Без грамматической ошибки // Я русской речи не люблю. // Быть может, на беду мою, // Красавиц новых поколенье, //
Журналов вняв молящий глас, // К грамматике приучит нас; // Стихи введут
в употребленье; // Но я… какое дело мне? // Я верен буду старине.
Когда привозила почта газеты, новые книги и
журналы и попадалось ему
в печати знакомое имя прежнего товарища, уже преуспевавшего на видном поприще государственной службы или приносившего посильную дань наукам и образованью всемирному, тайная тихая грусть подступала ему под сердце, и скорбная, безмолвно-грустная, тихая жалоба на бездействие свое прорывалась невольно.