— Погодите, посидите-ка лучше с нами, дайте на себя поглядеть! — весело предложила она старому своему приятелю; — а мы лучше дело-то вот как устроим: чем самим вам ездить, так лучше я напишу к ней записку, чтобы она приезжала сейчас же, безотлагательно, по очень
важному делу, и на извозчике пошлю за нею человека. Это будет гораздо удобнее.
Неточные совпадения
И вот, в один прекрасный
день, славнобубенский губернатор, действительный статский советник и кавалер Непомук Анастасьевич Гржиб-Загржимбайло, что называется, en petit comité кормил обедом новоприбывшего весьма
важного гостя. Этим гостем была именно та самая особа, которая, по заранее еще ходившим славнобубенским слухам, весьма спешно прибыла в город для расследования снежковского
дела и для наблюдения за общественным настроением умов.
— Вам, милостивые государи, — начал директор, вздохнув с печально
важным видом, — известно уже вчерашнее грустное происшествие; поэтому я избавлю себя от прискорбного труда повторять вам сущность его. Все вы и без того хорошо знаете
дело. Антон Антоныч, — обратился он к инспектору, — как распорядились вы с Шишкиным?
Пикник на картинном берегу Волги, бал и спектакль благородных любителей — вот сколько
важных и многообразных вещей надлежало устроить ее превосходительству, создать их силою своего ума, вдохновить своей фантазией, осветить своим участием и сочувствием, провести в общество и ходко двинуть все
дело своим желанием, своим «я так хочу».
Через
день вся эта работа была уже готова. Полояров отправился к Верхохлебову и приказал доложить о себе по весьма
важному «для самого барина» и безотлагательно-нужному
делу.
— Ну, для моего, я надеюсь, найдется! — с полною уверенностью заметил Ардальон. —
Дело, говорю вам, очень
важное, и вы будете мне даже весьма благодарны за то, что я не пошел с ним помимо вас.
Хвалынцеву и самому не однажды доводилось разговаривать об этих «материях
важных»; но в других домах и в других кружках, при рассуждениях о печальном положении России, он зачастую подмечал какую-то горечь русского сердца и боль русской души о своем кровном, родном
деле.
Она оставила Устинову короткое письмо, в котором, не объясняя причин, сообщала, что непредвиденные и очень
важные обстоятельства вынуждают ее, без позволения отца, уехать месяца на три, и умоляла устроить
дело как-нибудь так, чтобы отец не очень сокрушался и беспокоился о ней, так как ей не предстоит ровно никакой опасности, и проч.
— Извините, господа, — начал Ардальон очень тихо, сухо и сдержанно. — Извините меня, что я не успел приготовить вам отчет… Я попрошу на это еще
дня два сроку… сегодня никак не мог, потому что получил из-за границы очень
важное для меня письмо и должен был по поводу его заняться некоторыми соображениями.
— Н-да-с! Отчего вы и в самом
деле не арестованы, если вы такой
важный деятель, если вы один только высоко держите знамя демократического социализма? — ядовито поддержал Лидиньку Моисей Фрумкин. — Тут вот поглядишь, кто и гораздо пониже вас держали знамя-то это, однако и тех позабирали, а вы благоденствуете на свободе. Какие это боги покровительствуют вам?
Дня три спустя после этого ареста Андрей Павлович Устинов получил через полицию приглашение пожаловать в назначенный час в одно очень
важное административное ведомство. Недоумевая, что бы могло значить и предвещать это краткое официальное приглашение, он дал подписку в том, что требование будет исполнено, а к назначенному времени облекся во фрак и отправился куда требовалось.
— О! ты не сомневайся, — уверил тот, — это статья очень
важная в нашем
деле… Так как же, — хороший?
В самый
день этого счастливого, по мнению Бейгуша, решения он совершенно неожиданно получил небольшую записку от капитана Чарыковского, который приглашал его на нынешний вечер, отложив все текущие
дела и занятия, непременно явиться к назначенному часу, для весьма
важных и экстренных совещаний, в Офицерскую улицу, в квартиру, занимаемую четырьмя слушателями академии генерального штаба, где обыкновенно собирался, под видом «литературных вечеров», польский «военный кружок Петербурга».
Все это очень хорошо понимал Бейгуш и при этом чувствовал, что если над ним будет произнесен подобный приговор, то для него он будет суровее и беспощаднее, чем для многих других, потому что Бейгуш стоял слишком близко к
делу, ему было известно много такого, что являлось весьма
важным и существенным для успеха и для многих лиц петербургской организации, которые теперь весьма легко станут опасаться, что отступничество столь деятельного члена может иметь и для них, и для
дела очень вредные, а быть может, и непоправимые последствия.
Автор признается, этому даже рад, находя, таким образом, случай поговорить о своем герое; ибо доселе, как читатель видел, ему беспрестанно мешали то Ноздрев, то балы, то дамы, то городские сплетни, то, наконец, тысячи тех мелочей, которые кажутся только тогда мелочами, когда внесены в книгу, а покамест обращаются в свете, почитаются за весьма
важные дела.
— Неразумная голова, — говорил ему Тарас. — Терпи, козак, — атаман будешь! Не тот еще добрый воин, кто не потерял духа в
важном деле, а тот добрый воин, кто и на безделье не соскучит, кто все вытерпит, и хоть ты ему что хочь, а он все-таки поставит на своем.
Неточные совпадения
— Зачем же так неблагосклонно // Вы отзываетесь о нем? // За то ль, что мы неугомонно // Хлопочем, судим обо всем, // Что пылких душ неосторожность // Самолюбивую ничтожность // Иль оскорбляет, иль смешит, // Что ум, любя простор, теснит, // Что слишком часто разговоры // Принять мы рады за
дела, // Что глупость ветрена и зла, // Что
важным людям важны вздоры, // И что посредственность одна // Нам по плечу и не странна?
— Ну ее, жену, к…!
важное в самом
деле дело станете делать вместе!
Разговор сначала не клеился, но после
дело пошло, и он начал даже получать форс, но… здесь, к величайшему прискорбию, надобно заметить, что люди степенные и занимающие
важные должности как-то немного тяжеловаты в разговорах с дамами; на это мастера господа поручики и никак не далее капитанских чинов.
Порфирий Петрович, как только услышал, что гость имеет до него «дельце», тотчас же попросил его сесть на диван, сам уселся на другом конце и уставился в гостя, в немедленном ожидании изложения
дела, с тем усиленным и уж слишком серьезным вниманием, которое даже тяготит и смущает с первого раза, особенно по незнакомству, и особенно если то, что вы излагаете, по собственному вашему мнению, далеко не в пропорции с таким необыкновенно
важным, оказываемым вам вниманием.
— Нет, брат, не но, а если серьги, в тот же
день и час очутившиеся у Николая в руках, действительно составляют
важную фактическую против него контру — однако ж прямо объясняемую его показаниями, следственно еще спорную контру, — то надо же взять в соображение факты и оправдательные, и тем паче что они факты неотразимые.