Действительно, небольшая аудиторий в музее уже была полна. Изборский с внешней стороны не был хорошим лектором. Порой он заикался, подыскивал слова. Но даже в эти минуты его наивные глаза сверкали таким внутренним интересом к предмету, что
внимание аудитории не ослабевало. Когда же Изборский касался предметов, ему особенно интересных, его речь становилась красивой и даже плавной. Он находил обороты и образы, которые двумя — тремя чертами связывали специальный предмет с областью широких, общих идей…
Неточные совпадения
Он был из числа тех людей, которые, после того как оставят студенческие
аудитории, становятся вожаками партий, безграничными властителями чистой и самоотверженной совести, отбывают свой политический стаж где-нибудь в Чухломе, обращая острое
внимание всей России на свое героически-бедственное положение, и затем, прекрасно опираясь на свое прошлое, делают себе карьеру благодаря солидной адвокатуре, депутатству или же женитьбе, сопряженной с хорошим куском черноземной земли и с земской деятельностью.
Но наибольшего напряжения достигало это участливое
внимание, когда пан Тыбурций, закатив глаза и поводя одними белками, донимал
аудиторию продолжительною скандовкой Виргилия или Гомера.
При этом не берется во
внимание то, что есть много других слушателей, которые находят для себя не бесполезным посещать его
аудиторию.
— А вот что пришло мне в голову, — отозвался Застрембецкий первым, ударив себя ладонью по лбу. — Прошу
внимания у моей
аудитории и молчания, пока я сам не задам вам вопросов.
И теперь он говорил очень умно и хорошо о том, что культура улучшает частичные формы жизни, но в целом оставляет какой-то диссонанс, какое-то пустое и темное место, которое все чувствуют, но не умеют назвать, — но была в его речи неуверенность и неровность, как у профессора, который не уверен во
внимании своей
аудитории и чувствует ее тревожное и далекое от лекции настроение. И нечто другое было в его речи: что-то подкрадывающееся, скользящее и беспокойно пытающее. Он чаще обыкновенного обращался к Павлу: