И вырезался из-за черной, как бы ощетинившейся, лесной окраины
золотистый луч солнышка и облил ярким светом, как снег, белое платье красавицы и заиграл переливчатыми цветами на синем кафтане и шелковой алой рубахе Алексея.
Но вот однажды, это было в светлом апреле, я разложил все эти английские прелести в косом
золотистом луче и только что отделал до глянца правую щеку, как ворвался, топоча, как лошадь, Егорыч в рваных сапожищах и доложил, что роды происходят в кустах у Заповедника над речушкой.
Долго мы бродили около озера и стреляли птиц. Время летело незаметно. Когда вся долина залилась
золотистыми лучами заходящего солнца, я понял, что день кончился. Вслед за трудовым днем приближался покой; вся природа готовилась к отдыху. Едва солнце успело скрыться за горизонтом, как с другой стороны, из-за моря, стала подыматься ночь.
Неточные совпадения
Часов в 8 утра солнечные
лучи прорвались сквозь тучи и стали играть в облаках тумана, освещая их своим
золотистым светом. Глядя на эту картину, я мысленно перенесся в глубокое прошлое, когда над горячей поверхностью земли носились еще тяжелые испарения.
Охотиться нам долго не пришлось. Когда мы снова сошлись, день был на исходе. Солнце уже заглядывало за горы,
лучи его пробрались в самую глубь леса и
золотистым сиянием осветили стволы тополей, остроконечные вершины елей и мохнатые шапки кедровников. Где-то в стороне от нас раздался пронзительный крик.
Местами солнечные
лучи огненно-золотистой рябью подергивали синие струи и круги, расходившиеся оттуда, где белоперый мартын успевал подхватить себе на завтрак серебристую плотвицу [Мартыном, или мартышкой, на средней Волге зовут птицу-рыболова, чайку.
Обитель спала. Только чириканье воробьев, прыгавших по скату крутой часовенной крыши, да щебетанье лесных птичек, гнездившихся в кустах и деревьях кладбища, нарушали тишину раннего утра. Голубым паром поднимался туман с зеленеющих полей и бурых, железистой ржавчиной крытых мочажин… С каждой минутой ярче и шире алела заря…
Золотистыми перьями раскидывались по ней
лучи скрытого еще за небосклоном светила.
Она сидела спиной к окну, завешенному белой шторой; солнечный
луч, пробиваясь сквозь эту штору, обливал мягким светом ее пушистые,
золотистые волосы, ее невинную шею, покатые плечи и нежную, спокойную грудь.