Неточные совпадения
Ревность его сказывалась дико
и грубо: каждый мужской взгляд, брошенный на его молоденькую
жену, казался ему нечистым, а ее детский смех в ответ на какую-нибудь шутку в обществе представлялся непростительным кокетством.
Дело доходило до того, что, уезжая, он запирал
жену на замок,
и молодая женщина, почти ребенок, сидя взаперти, горько плакала от детского огорчения
и тяжкой женской обиды…
Жена (гораздо моложе его)
и женщины из ее штата ездили в коляске, запряженной прекрасными лошадьми, но он всегда ходил пешком.
Жена призвала докторов. На нашем дворе стали появляться то доктор — гомеопат Червинский с своей змеей, то необыкновенно толстый Войцеховский… Старый «коморник» глядел очень сомнительно на все эти хлопоты
и уверенно твердил, что скоро умрет.
Дешерт был помещик
и нам приходился как-то отдаленно сродни. В нашей семье о нем ходили целые легенды, окружавшие это имя грозой
и мраком. Говорили о страшных истязаниях, которым он подвергал крестьян. Детей у него было много,
и они разделялись на любимых
и нелюбимых. Последние жили в людской,
и, если попадались ему на глаза, он швырял их как собачонок.
Жена его, существо бесповоротно забитое, могла только плакать тайком. Одна дочь, красивая девушка с печальными глазами, сбежала из дому. Сын застрелился…
К завтраку, когда все воспитанники уселись за пять или шесть столов, причем за средним сидел сам Рыхлинский, а за другими — его
жена, дочь
и воспитатели, Рыхлинский спросил по — французски...
Старик Рыхлинский по — прежнему выходил к завтраку
и обеду, по — прежнему спрашивал: «Qui a la règle», по — прежнему чинил суд
и расправу. Его
жена также степенно вела обширное хозяйство, Марыня занималась с нами, не давая больше воли своим чувствам,
и вся семья гордо несла свое горе, ожидая новых ударов судьбы.
На этом свидании он передал отцу какие-то поручения
и последний привет молодой
жене.
Говорили затем, будто у него
жена убежала с офицером (тогда что-то многие
жены убегали с офицерами), после чего он сильно закутил
и пропил все имение; или наоборот: сначала он прокутил все имение, а потом
жена убежала с офицером.
Дела у него были в образцовом порядке, но он чувствовал за собой две слабые стороны:
жена у него была полька,
и он был разбит параличом.
Жены их сидели с матерью в столовой
и вели свои специально дамские беседы.
Однажды
жена его пришла к моей матери экстренно, испуганная,
и сказала, что «у Игнатия вышли неприятности в гимназии».
Из нашей гимназии он был переведен в другой город,
и здесь его
жена — добродушная женщина, которую роковая судьба связала с маниаком, — взяла разрешение держать ученическую квартиру.
Он хватался за пистолеты,
и жене стоило много труда удерживать бешеные вспышки.
Однажды в какое-то неподходящее время Кароль запил,
и запой длился дольше обыкновенного. Капитан вспылил
и решил прибегнуть к экстренным мерам. На дворе у него был колодец с «журавлем»
и жолобом для поливки огорода. Он велел раздеть Кароля, положить под жолоб на снег
и пустить струю холодной воды… Приказание было исполнено, несмотря на слезы
и мольбы
жены капитана… Послушные рабы истязали раба непокорного…
Судья мог спать спокойно в своей скромной могиле под убогой кладбищенской церковью:
жена, насколько могла
и даже более, выполнила задачу, которая так мучила перед концом его страдающую душу…
Из «
жены судьи», одного из первых людей в городишке, она превратилась в бедную вдову с кучей детей
и без средств (пенсию удалось выхлопотать только через год).
Вскоре Игнатович уехал в отпуск, из которого через две недели вернулся с молоденькой
женой. Во втором дворе гимназии было одноэтажное здание, одну половину которого занимала химическая лаборатория. Другая половина стояла пустая; в ней жил только сторож, который называл себя «лабаторщиком» (от слова «лабатория»). Теперь эту половину отделали
и отвели под квартиру учителя химии. Тут
и водворилась молодая чета.
Слух этот сначала больно поразил мое сердце, но затем я примирился с мыслью, что она будет
женой Авдиева
и что тогда он бросит пить.
В комнате водворилось неловкое, тягостное молчание.
Жена капитана смотрела на него испуганным взглядом. Дочери сидели, потупясь
и ожидая грозы. Капитан тоже встал, хлопнул дверью,
и через минуту со двора донесся его звонкий голос: он неистово ругал первого попавшего на глаза работника.
Скоро, однако, умный
и лукавый старик нашел средство примириться с «новым направлением». Начались религиозные споры,
и в капитанской усадьбе резко обозначились два настроения. Женщины — моя мать
и жена капитана — были на одной стороне, мой старший брат, офицер
и студент — на другой.
В этот вечер капитан несколько перехватил в своем острословии.
Жена была им недовольна; кажется,
и он был недоволен собою. Лицо его как-то увяло, усы опустились книзу.
Под конец он спохватился
и придал голосу полуюмористическую нотку. Но
жена простодушно пояснила...
Читали громко,
и даже старики — капитан с
женой — слушали с некоторым благоговением повествования о «новой молодежи».
Жена чиновника играла на рояле, мосье Оливье, или Одифре, — хорошенько не помню, но только господин с польским лицом
и французской фамилией, — ставил нас в позиции, учил ходить по комнате, садиться, кланяться, приглашать, благодарить.
Неточные совпадения
Городничий (вытянувшись
и дрожа всем телом).Помилуйте, не погубите!
Жена, дети маленькие… не сделайте несчастным человека.
Городничий (тихо, Добчинскому).Слушайте: вы побегите, да бегом, во все лопатки,
и снесите две записки: одну в богоугодное заведение Землянике, а другую
жене. (Хлестакову.)Осмелюсь ли я попросить позволения написать в вашем присутствии одну строчку к
жене, чтоб она приготовилась к принятию почтенного гостя?
Хлестаков. Да что? мне нет никакого дела до них. (В размышлении.)Я не знаю, однако ж, зачем вы говорите о злодеях или о какой-то унтер-офицерской вдове… Унтер-офицерская
жена совсем другое, а меня вы не смеете высечь, до этого вам далеко… Вот еще! смотри ты какой!.. Я заплачу, заплачу деньги, но у меня теперь нет. Я потому
и сижу здесь, что у меня нет ни копейки.
Анна Андреевна,
жена его, провинциальная кокетка, еще не совсем пожилых лет, воспитанная вполовину на романах
и альбомах, вполовину на хлопотах в своей кладовой
и девичьей. Очень любопытна
и при случае выказывает тщеславие. Берет иногда власть над мужем потому только, что тот не находится, что отвечать ей; но власть эта распространяется только на мелочи
и состоит в выговорах
и насмешках. Она четыре раза переодевается в разные платья в продолжение пьесы.
Здесь есть один помещик, Добчинский, которого вы изволили видеть;
и как только этот Добчинский куда-нибудь выйдет из дому, то он там уж
и сидит у
жены его, я присягнуть готов…