Неточные совпадения
Они нахлынули в комнату, точно
толпа странных приведений, которые
человеку видятся порой только во сне, и тихо, без шума занимали свои места.
Часа в четыре странного
человека видели опять у моста. Только что прошел мостовой поезд, локомотив делал поворот по кругу, с лестницы сходила целая
толпа приехавших с той стороны американцев, — и они обратили внимание на странного
человека, который, стоя в середине этого людского потока, кричал: — Кто в бога верует, спасите!
Но тогда их было еще не так много, и, на несчастье Матвея, ему не встретилось ни одного, когда он стоял среди
толпы и кричал, как
человек, который тонет. Американцы останавливались, взглядывали с удивлением на странного
человека и шли дальше… А когда опять к этому месту стал подходить полисмен, то Лозинский опять быстро пошел от него и скрылся на мосту…
Матвей думал, что далее он увидит отряд войска. Но, когда пыль стала ближе и прозрачнее, он увидел, что за музыкой идут — сначала рядами, а потом, как попало, в беспорядке — все такие же пиджаки, такие же мятые шляпы, такие же пыльные и полинялые фигуры. А впереди всей этой пестрой
толпы, высоко над ее головами, плывет и колышется знамя, укрепленное на высокой платформе на колесах. Кругом знамени, точно стража, с десяток
людей двигались вместе с
толпой…
Когда пыль, поднятую этой толкотней, пронесло дальше, к площади, знамя опять стояло неподвижно, а под знаменем встал
человек с открытой головой, длинными, откинутыми назад волосами и черными сверкающими глазами южанина. Он был невелик ростом, но возвышался над всею
толпой, на своей платформе, и у него был удивительный голос, сразу покрывший говор
толпы. Это был мистер Чарльз Гомперс, знаменитый оратор рабочего союза.
Была одна минута, когда, казалось, город дрогнул под влиянием того, что происходило около Central park’а… Уезжавшие вагоны заторопились, встречные остановились в нерешимости, перестали вертеться краны, и
люди на постройке перестали ползать взад и вперед… Рабочие смотрели с любопытством и сочувствием на
толпу, опрокинувшую полицию и готовую ринуться через площадь на ближайшие здания и улицы.
Хотя было уже не рано, но они успели заехать куда-то по делам, потом Штольц захватил с собой обедать одного золотопромышленника, потом поехали к этому последнему на дачу пить чай, застали большое общество, и Обломов из совершенного уединения вдруг очутился в
толпе людей. Воротились они домой к поздней ночи.
За оградой явилась необыкновенной плотности
толпа людей, в центре первого ряда шагал с красным знаменем в руках высокий, широкоплечий, черноусый, в полушубке без шапки, с надорванным рукавом на правом плече.
Это от непривычки: если б пароходы существовали несколько тысяч лет, а парусные суда недавно, глаз людской, конечно, находил бы больше поэзии в этом быстром, видимом стремлении судна, на котором не мечется из угла в угол измученная
толпа людей, стараясь угодить ветру, а стоит в бездействии, скрестив руки на груди, человек, с покойным сознанием, что под ногами его сжата сила, равная силе моря, заставляющая служить себе и бурю, и штиль.
Он равнодушно смотрел сорок лет сряду, как с каждой весной отплывали за границу битком набитые пароходы, уезжали внутрь России дилижансы, впоследствии вагоны, — как двигались
толпы людей «с наивным настроением» дышать другим воздухом, освежаться, искать впечатлений и развлечений.
Неточные совпадения
При ней как-то смущался недобрый
человек и немел, а добрый, даже самый застенчивый, мог разговориться с нею, как никогда в жизни своей ни с кем, и — странный обман! — с первых минут разговора ему уже казалось, что где-то и когда-то он знал ее, что случилось это во дни какого-то незапамятного младенчества, в каком-то родном доме, веселым вечером, при радостных играх детской
толпы, и надолго после того как-то становился ему скучным разумный возраст
человека.
Подымаясь по узкой тропинке к Елисаветинскому источнику, я обогнал
толпу мужчин, штатских и военных, которые, как я узнал после, составляют особенный класс
людей между чающими движения воды.
Раскольников не привык к
толпе и, как уже сказано, бежал всякого общества, особенно в последнее время. Но теперь его вдруг что-то потянуло к
людям. Что-то совершалось в нем как бы новое, и вместе с тем ощутилась какая-то жажда
людей. Он так устал от целого месяца этой сосредоточенной тоски своей и мрачного возбуждения, что хотя одну минуту хотелось ему вздохнуть в другом мире, хотя бы в каком бы то ни было, и, несмотря на всю грязь обстановки, он с удовольствием оставался теперь в распивочной.
Что это? — вскрикнула она, взглянув на
толпу в сенях и на
людей, протеснявшихся с какою-то ношей в ее комнату.
Люди толпой шли по улицам; ремесленники и занятые
люди расходились по домам, другие гуляли; пахло известью, пылью, стоячею водой.