Неточные совпадения
3. Не требовать от меня отчета, почему я описываю именно то, а не то происшествие; или для
чего, упоминая об одном историческом лице, я не
говорю ни слова о другом. И наконец...
— На третий день, поутру, — продолжал Рославлев, — Оленька сказала мне,
что я не противен ее сестре, но
что она не отдаст мне своей руки до тех пор, пока не уверится,
что может составить мое счастие, и требует в доказательство любви моей, чтоб я целый год не
говорил ни слова об этом ее матери и ей самой.
Одним словом, несмотря
ни на какую погоду, он пустился бы пешком, если бы рассудок не
говорил ему,
что этим он не поможет своему горю, а только отдалит минуту свидания.
Он держал за руку больную и хотя не
говорил еще
ни слова, но не трудно было отгадать по его веселому и довольному лицу,
что опасность миновалась.
Пользуясь правом жениха, Рославлев сидел за столом подле своей невесты; он мог
говорить с нею свободно, не опасаясь нескромного любопытства соседей, потому
что с одной стороны подле них сидел Сурской, а с другой Оленька. В то время как все, или почти все, заняты были едою, этим важным и едва ли
ни главнейшим делом большей части деревенских помещиков, Рославлев спросил Полину: согласна ли она с мнением своей матери,
что он не должен
ни в каком случае вступать снова в военную службу?
Наши приятели, не
говоря ни слова, пошли вслед за незнакомым. Когда они стали подходить к огням, то заметили,
что он был в военном сюртуке с штаб-офицерскими эполетами. Подойдя к биваку Зарецкого, он повернулся и сказал веселым голосом...
— Насильно!.. насильно!.. Но если эти дуры не знают общежития!..
Что за народ эти русские!.. Мне кажется, они еще глупее немцев… А как бестолковы!.. С ними
говоришь чистым французским языком —
ни слова не понимают. Sacristie! Comme ils sont bêtes ces barbares! [Черт возьми! Как глупы эти варвары! (франц.)]
— Нет, братец, решено!
ни русские,
ни французы,
ни люди,
ни судьба, ничто не может нас разлучить. — Так
говорил Зарецкой, обнимая своего друга. — Думал ли я, — продолжал он, —
что буду сегодня в Москве, перебранюсь с жандармским офицером;
что по милости французского полковника выеду вместе с тобою из Москвы,
что нас разлучат русские крестьяне,
что они подстрелят твою лошадь и выберут тебя потом в свои главнокомандующие?..
— И вовсе необыкновенно, — прибавил Сборской. — Верно, не было примера, чтоб четверо храбрых и обстрелянных офицеров, вместо того чтоб
говорить о своих подвигах, рассказывали друг другу о том,
что они когда-то трусили и боялись
чего бы то
ни было.
Глаза мои смыкались от усталости; и прежде,
чем Андрей окончил свой ужин, я спал уже крепким сном. Не знаю, долго ли он продолжался, только вдруг я почувствовал,
что меня будят. Я проснулся — вокруг все темно; подле меня, за дощатой перегородкой, смешанные голоса, и кто-то шепчет: «Тише!.. бога ради, тише! Не
говорите ни слова». Это был мой Андрей, который, дрожа всем телом, продолжал мне шептать на ухо: «Ну, сударь, пропали мы!..»
— Вот
что? Ну, в самом деле прекрасная выдумка! Я всегда замечал в этом Дерикуре необычайные способности; однако ж не
говорите ничего нашим молодым людям; рубиться с неприятелем, брать батареи — это их дело; а всякая хитрость, как бы умно она
ни была придумана, кажется им недостойною храброго офицера.
Чего доброго, пожалуй, они скажут,
что за эту прекрасную выдумку надобно произвесть Дерикура в полицейские комиссары.
Лишь только вы заметите,
что я хочу
говорить, — зажмите мне рот, будите меня, толкайте, бейте, только бога ради не давайте выговорить
ни слова.
— Не люблю, не люблю, когда ты так дерзко говоришь! — гневно возразила бабушка. — Ты во что сам вышел, сударь: ни Богу свеча, ни черту кочерга! А Нил Андреич все-таки почтенный человек,
что ни говори: узнает, что ты так небрежно имением распоряжаешься — осудит! И меня осудит, если я соглашусь взять: ты сирота…
Неточные совпадения
Черт сбил с толку обоих чиновников; чиновники,
говоря попросту, перебесились и поссорились
ни за
что.
Уже несколько минут стоял Плюшкин, не
говоря ни слова, а Чичиков все еще не мог начать разговора, развлеченный как видом самого хозяина, так и всего того,
что было в его комнате.
Какое
ни придумай имя, уж непременно найдется в каком-нибудь углу нашего государства, благо велико, кто-нибудь, носящий его, и непременно рассердится не на живот, а на смерть, станет
говорить,
что автор нарочно приезжал секретно, с тем чтобы выведать все,
что он такое сам, и в каком тулупчике ходит, и к какой Аграфене Ивановне наведывается, и
что любит покушать.
Он объявил,
что главное дело — в хорошем почерке, а не в чем-либо другом,
что без этого не попадешь
ни в министры,
ни в государственные советники, а Тентетников писал тем самым письмом, о котором
говорят: «Писала сорока лапой, а не человек».
Генерал смутился. Собирая слова и мысли, стал он
говорить, хотя несколько несвязно,
что слово ты было им сказано не в том смысле,
что старику иной раз позволительно сказать молодому человеку ты(о чине своем он не упомянул
ни слова).