Неточные совпадения
Там выбирал какой-нибудь стул, медленно усаживался на нем, снимал шляпу, ставил ее подле себя на пол, трость клал возле шляпы и затем, откинувшись на спинку стула, оставался неподвижен
в продолжение трех или четырех
часов.
К величайшему моему ужасу, я увидел, что это ребенок, девочка, и если б это был даже сам Смит, то и он бы, может быть, не так испугал меня, как это странное, неожиданное появление незнакомого ребенка
в моей комнате
в такой
час и
в такое время.
Я сообщил ей, что у Наташи с Алешей действительно как будто идет на разрыв и что это серьезнее, чем прежние их несогласия; что Наташа прислала мне вчера записку,
в которой умоляла меня прийти к ней сегодня вечером,
в девять
часов, а потому я даже и не предполагал сегодня заходить к ним; завел же меня сам Николай Сергеич.
Прибавил я еще, что записка Наташи, сколько можно угадывать, написана ею
в большом волнении; пишет она, что сегодня вечером все решится, а что? — неизвестно; странно тоже, что пишет от вчерашнего дня, а назначает прийти сегодня, и
час определила: девять
часов.
Я пришел к Наташе уже поздно,
в десять
часов.
— Счастье
в том, что мы с ней целых два
часа оставались одни.
— Мой приход к вам
в такой
час и без доклада — странен и вне принятых правил; но я надеюсь, вы поверите, что, по крайней мере, я
в состоянии сознать всю эксцентричность моего поступка. Я знаю тоже, с кем имею дело; знаю, что вы проницательны и великодушны. Подарите мне только десять минут, и я надеюсь, вы сами меня поймете и оправдаете.
Меня влекло сюда,
в такой
час, не одно это… я пришел сюда… (и он почтительно и с некоторою торжественностью приподнялся с своего места) я пришел сюда для того, чтоб стать вашим другом!
Тон всей его речи даже иногда не соответствовал порыву, привлекшему его к нам
в такой неурочный
час для первого посещения и особенно при таких отношениях.
— Довольно, — сказал он и взял свою шляпу, — я еду. Я просил у вас только десять минут, а просидел целый
час, — прибавил он, усмехаясь. — Но я ухожу
в самом горячем нетерпении свидеться с вами опять как можно скорее. Позволите ли мне посещать вас как можно чаще?
На другое утро
часов в десять, когда я выходил из квартиры, торопясь на Васильевский остров к Ихменевым, чтоб пройти от них поскорее к Наташе, я вдруг столкнулся
в дверях со вчерашней посетительницей моей, внучкой Смита.
— Нельзя… не знаю… приду, — прошептала она как бы
в борьбе и раздумье.
В эту минуту вдруг где-то ударили стенные
часы. Она вздрогнула и, с невыразимой болезненной тоскою смотря на меня, прошептала: — Это который
час?
За огурцами
в лавочку ее послала, а она через три
часа воротилась!
Он
в поддевке, правда
в бархатной, и похож на славянофила (да это, по-моему, к нему и идет), а наряди его сейчас
в великолепнейший фрак и тому подобное, отведи его
в английский клуб да скажи там: такой-то, дескать, владетельный граф Барабанов, так там его два
часа за графа почитать будут, — и
в вист сыграет, и говорить по-графски будет, и не догадаются; надует.
— Вот что, Ваня, — сказал Маслобоев, воротясь ко мне, — наведайся-ка ты сегодня ко мне
в семь
часов, так я, может, кой-что и скажу тебе.
То, что я вчера сказал ей о записке Наташи, сильно завлекло ее любопытство, и она ждала меня гораздо раньше утром, по крайней мере
часов в десять.
Когда же я явился к ней во втором
часу пополудни, то муки ожидания достигли
в бедной старушке последней степени своей силы.
—
В двенадцать
часов: да ведь он долго спит. Посидел. Я прогнала его к Катерине Федоровне; нельзя же, Ваня.
Ровно
в семь
часов я был у Маслобоева.
Уже поздно,
часу в первом ночи, она заснула.
Он обещал быть у меня
в десять
часов.
Мой старичок доктор пришел, как сказал,
в десять
часов.
В одиннадцать
часов пришел Маслобоев. Он был озабочен и как будто рассеян; зашел он только на минутку и очень куда-то торопился.
— Да как же ты одна будешь?.. — говорил я
в недоумении. — Я, впрочем, наверно через два
часа назад буду…
— Да уж так… Куда ж это он опять пошел?
В тот раз вы думали, что он ко мне ходил. Видишь, Ваня, если можешь, зайди ко мне завтра. Может быть, я кой-что и скажу тебе… Совестно мне только тебя беспокоить; а теперь шел бы ты домой к своей гостье. Небось
часа два прошло, как ты вышел из дома?
Проснулся я больной, поздно,
часов в десять утра.
— Вот, брат, целый
час жду тебя и, признаюсь, никак не ожидал… тебя так найти, — продолжал он, осматриваясь
в комнате и неприметно мигая мне на Елену.
В глазах его изображалось изумление. Но, вглядевшись
в него ближе, я заметил
в нем тревогу и грусть. Лицо его было бледнее обыкновенного.
Но
в этот день,
в продолжение нескольких
часов, среди мук и судорожных рыданий, прерывавших рассказ ее, она передала мне все, что наиболее волновало и мучило ее
в ее воспоминаниях, и никогда не забуду я этого страшного рассказа.
Она говорила о долге, о назначении нашем, о том, что мы все должны служить человечеству, и так как мы совершенно сошлись,
в какие-нибудь пять-шесть
часов разговора, то кончили тем, что поклялись друг другу
в вечной дружбе и
в том, что во всю жизнь нашу будем действовать вместе!
Вот ты говорил теперь целый
час о любви к человечеству, о благородстве убеждений, о благородных людях, с которыми познакомился; а спроси Ивана Петровича, что говорил я ему давеча, когда мы поднялись
в четвертый этаж, по здешней отвратительной лестнице, и оставались здесь у дверей, благодаря бога за спасение наших жизней и ног?
«
В какие-нибудь пять-шесть
часов разговора»вся душа его открывается для новых ощущений, и сердце его отдается все…
Он звал меня к себе завтра,
в первом
часу.
Сначала я пошел к старикам. Оба они хворали. Анна Андреевна была совсем больная; Николай Сергеич сидел у себя
в кабинете. Он слышал, что я пришел, но я знал, что по обыкновению своему он выйдет не раньше, как через четверть
часа, чтоб дать нам наговориться. Я не хотел очень расстраивать Анну Андреевну и потому смягчал по возможности мой рассказ о вчерашнем вечере, но высказал правду; к удивлению моему, старушка хоть и огорчилась, но как-то без удивления приняла известие о возможности разрыва.
Я просидел у них с
час. Прощаясь, он вышел за мною до передней и заговорил о Нелли. У него была серьезная мысль принять ее к себе
в дом вместо дочери. Он стал советоваться со мной, как склонить на то Анну Андреевну. С особенным любопытством расспрашивал меня о Нелли и не узнал ли я о ней еще чего нового? Я наскоро рассказал ему. Рассказ мой произвел на него впечатление.
Ровно
в двенадцать
часов я был у Маслобоева. К величайшему моему изумлению, первое лицо, которое я встретил, войдя к нему, был князь. Он
в передней надевал свое пальто, а Маслобоев суетливо помогал ему и подавал ему его трость. Он уж говорил мне о своем знакомстве с князем, но все-таки эта встреча чрезвычайно изумила меня.
— Да ведь ты сам написал, что
в двенадцать
часов.
— Нет, про только-тоуж я скажу, — перебил он, выскакивая
в переднюю и надевая шинель (за ним и я стал одеваться). — У меня и до тебя дело; очень важное дело, за ним-то я и звал тебя; прямо до тебя касается и до твоих интересов. А так как
в одну минуту, теперь, рассказать нельзя, то дай ты, ради бога, слово, что придешь ко мне сегодня ровно
в семь
часов, ни раньше, ни позже. Буду дома.
Восторгу Алеши не было пределов. Он тотчас же пустился
в предположения, как познакомиться. По его выходило очень легко: Катя выдумает. Он развивал свою идею с жаром, горячо. Сегодня же обещался и ответ принести, через два же
часа, и вечер просидеть у Наташи.
Я просидел с ней
часа два, утешал ее и успел убедить во всем. Разумеется, она была во всем права, во всех своих опасениях. У меня сердце ныло
в тоске, когда я думал о теперешнем ее положении; боялся я за нее. Но что ж было делать?
Между прочим, я рассказал ей все о Нелли, о Маслобоеве, о Бубновой, о сегодняшней встрече моей у Маслобоева с князем и о назначенном свидании
в семь
часов.
Часа в три я воротился домой. Нелли встретила меня с своим светлым личиком…
Ровно
в семь
часов вечера я уже был у Маслобоева.
Мне тут же показалось одно: что вчерашний визит ко мне Маслобоева, тогда как он знал, что я не дома, что сегодняшний мой визит к Маслобоеву, что сегодняшний рассказ Маслобоева, который он рассказал
в пьяном виде и нехотя, что приглашение быть у него сегодня
в семь
часов, что его убеждения не верить
в его хитрость и, наконец, что князь, ожидающий меня полтора
часа и, может быть, знавший, что я у Маслобоева, тогда как Нелли выскочила от него на улицу, — что все это имело между собой некоторую связь.
Я, однако ж, был уверен, что ей стоит только заговорить, чтоб уж и не останавливаться, хоть до утра. «Какие-нибудь пять-шесть
часов разговора», о которых рассказывал Алеша, мелькнули у меня
в уме.
Он вышел, шагая несколько нетвердо и не оборачиваясь ко мне. Лакей усадил его
в коляску. Я пошел своею дорогою. Был третий
час утра. Шел дождь, ночь была темная…
Я и не заметил, как дошел домой, хотя дождь мочил меня всю дорогу. Было уже
часа три утра. Не успел я стукнуть
в дверь моей квартиры, как послышался стон, и дверь торопливо начала отпираться, как будто Нелли и не ложилась спать, а все время сторожила меня у самого порога. Свечка горела. Я взглянул
в лицо Нелли и испугался: оно все изменилось; глаза горели, как
в горячке, и смотрели как-то дико, точно она не узнавала меня. С ней был сильный жар.
Случалось иногда, впрочем, что она вдруг становилась на какой-нибудь
час ко мне по-прежнему ласкова. Ласки ее, казалось, удвоивались
в эти мгновения; чаще всего
в эти же минуты она горько плакала. Но
часы эти проходили скоро, и она впадала опять
в прежнюю тоску и опять враждебно смотрела на меня, или капризилась, как при докторе, или вдруг, заметив, что мне неприятна какая-нибудь ее новая шалость, начинала хохотать и всегда почти кончала слезами.
Четверть
часа спустя, когда я вышел на минутку
в кухню, она быстро вскочила с постели и положила роман на прежнее место: воротясь, я увидал уже его на столе.
Но это проходило вместе с мгновением, вызвавшим эту внезапную нежность, и, как бы
в отпор этому вызову, Нелли чуть не с каждым
часом делалась все мрачнее, даже с доктором, удивлявшимся перемене ее характера.
Я непременно решился быть
в двенадцать
часов (назначенный Катей
час) у Наташи, несмотря ни на какие задержки; а хлопот и задержек было много. Не говоря уже о Нелли,
в последнее время мне было много хлопот у Ихменевых.