Неточные совпадения
— Да
как же, вот этого бедного Миколку вы ведь
как,
должно быть, терзали
и мучили, психологически-то, на свой манер, покамест он не сознался; день
и ночь,
должно быть, доказывали ему: «ты убийца, ты убийца…», — ну, а теперь,
как он уж сознался, вы его опять по косточкам разминать начнете: «Врешь, дескать, не ты убийца! Не мог ты им
быть! Не свои ты слова говоришь!» Ну,
так как же после этого должность не комическая?
—
Так,
так, это
так! — в восторге подтверждал Лебезятников. — Это
должно быть так, потому что он именно спрашивал меня,
как только вошла к нам в комнату Софья Семеновна, «тут ли вы? Не видал ли я вас в числе гостей Катерины Ивановны?» Он отозвал меня для этого к окну
и там потихоньку спросил. Стало
быть, ему непременно надо
было, чтобы тут
были вы! Это
так, это все
так!
— Ате деньги… я, впрочем, даже
и не знаю,
были ли там
и деньги-то, — прибавил он тихо
и как бы в раздумье, — я снял у ней тогда кошелек с шеи, замшевый… полный, тугой
такой кошелек… да я не посмотрел на него; не успел,
должно быть… Ну, а вещи, какие-то все запонки да цепочки, — я все эти вещи
и кошелек на чужом одном дворе, на В — м проспекте под камень схоронил, на другое же утро… Все там
и теперь лежит…
— Ну, вот
и ты! — начала она, запинаясь от радости. — Не сердись на меня, Родя, что я тебя
так глупо встречаю, со слезами: это я смеюсь, а не плачу. Ты думаешь, я плачу? Нет, это я радуюсь, а уж у меня глупая привычка
такая: слезы текут. Это у меня со смерти твоего отца, от всего плачу. Садись, голубчик, устал,
должно быть, вижу. Ах,
как ты испачкался.
Он глубоко задумался о том: «
каким же это процессом может
так произойти, что он, наконец, пред всеми ими уже без рассуждений смирится, убеждением смирится! А что ж, почему ж
и нет? Конечно,
так и должно быть. Разве двадцать лет беспрерывного гнета не добьют окончательно? Вода камень точит.
И зачем, зачем же жить после этого, зачем я иду теперь, когда сам знаю, что все это
будет именно
так,
как по книге, а не иначе!»
Вечером того же дня, когда уже заперли казармы, Раскольников лежал на нарах
и думал о ней. В этот день ему даже показалось, что
как будто все каторжные, бывшие враги его, уже глядели на него иначе. Он даже сам заговаривал с ними,
и ему отвечали ласково. Он припомнил теперь это, но ведь
так и должно было быть: разве не
должно теперь все измениться?
Да
и что
такое эти все, все муки прошлого! Всё, даже преступление его, даже приговор
и ссылка казались ему теперь, в первом порыве, каким-то внешним, странным,
как бы даже
и не с ним случившимся фактом. Он, впрочем, не мог в этот вечер долго
и постоянно о чем-нибудь думать, сосредоточиться на чем-нибудь мыслью; да он ничего бы
и не разрешил теперь сознательно; он только чувствовал. Вместо диалектики наступила жизнь,
и в сознании
должно было выработаться что-то совершенно другое.
Неточные совпадения
— Нет, вы не
так приняли дело: шипучего мы сами поставим, — сказал председатель, — это наша обязанность, наш долг. Вы у нас гость: нам
должно угощать. Знаете ли что, господа! Покамест что, а мы вот
как сделаем: отправимтесь-ка все,
так как есть, к полицеймейстеру; он у нас чудотворец: ему стоит только мигнуть, проходя мимо рыбного ряда или погреба,
так мы, знаете ли,
так закусим! да при этой оказии
и в вистишку.
Вы посмеетесь даже от души над Чичиковым, может
быть, даже похвалите автора, скажете: «Однако ж кое-что он ловко подметил, должен
быть веселого нрава человек!»
И после
таких слов с удвоившеюся гордостию обратитесь к себе, самодовольная улыбка покажется на лице вашем,
и вы прибавите: «А ведь
должно согласиться, престранные
и пресмешные бывают люди в некоторых провинциях, да
и подлецы притом немалые!» А кто из вас, полный христианского смиренья, не гласно, а в тишине, один, в минуты уединенных бесед с самим собой, углубит во внутрь собственной души сей тяжелый запрос: «А нет ли
и во мне какой-нибудь части Чичикова?» Да,
как бы не
так!
Подарок! А у него двести рублей в кармане! Если деньги
и пришлют,
так к Рождеству, а может
быть,
и позже, когда продадут хлеб, а когда продадут, сколько его там
и как велика сумма выручена
будет — все это
должно объяснить письмо, а письма нет.
Как же быть-то? Прощай, двухнедельное спокойствие!
— Может
быть,
и я со временем испытаю, может
быть,
и у меня
будут те же порывы,
как у вас,
так же
буду глядеть при встрече на вас
и не верить, точно ли вы передо мной… А это,
должно быть, очень смешно! — весело добавила она. —
Какие вы глаза иногда делаете: я думаю, ma tante замечает.
«Боже мой,
какая она хорошенькая! Бывают же
такие на свете! — думал он, глядя на нее почти испуганными глазами. — Эта белизна, эти глаза, где,
как в пучине, темно
и вместе блестит что-то, душа,
должно быть! Улыбку можно читать,
как книгу; за улыбкой эти зубы
и вся голова…
как она нежно покоится на плечах, точно зыблется,
как цветок, дышит ароматом…»