Неточные совпадения
— Эх,
брат, да ведь природу поправляют и направляют, а без этого пришлось бы потонуть в предрассудках. Без этого ни одного бы великого человека не было. Говорят: «долг, совесть», — я ничего не
хочу говорить против долга и совести, — но ведь как мы их понимаем? Стой, я тебе еще задам один вопрос. Слушай!
— Браво! А теперь,
брат,
хочешь есть?
— Будем ценить-с. Ну так вот,
брат, чтобы лишнего не говорить, я
хотел сначала здесь электрическую струю повсеместно пустить, так чтобы все предрассудки в здешней местности разом искоренить; но Пашенька победила. Я,
брат, никак и не ожидал, чтоб она была такая… авенантненькая [Авенантненькая — приятная, привлекательная (от фр. avenant).]… а? Как ты думаешь?
Я
хочу и могу узнать теперь наверно:
брат ли он мне?
Нет,
брат, врешь, оборвешься,
хотя ты что-то и приготовил…
Я пошел было тотчас к Софье Семеновне, потому,
брат, я
хотел все разузнать, — прихожу, смотрю: гроб стоит, дети плачут.
— Нечего и говорить, что вы храбрая девушка. Ей-богу, я думал, что вы попросите господина Разумихина сопровождать вас сюда. Но его ни с вами, ни кругом вас не было, я таки смотрел: это отважно,
хотели, значит, пощадить Родиона Романыча. Впрочем, в вас все божественно… Что же касается до вашего
брата, то что я вам скажу? Вы сейчас его видели сами. Каков?
Наконец, я, по крайней мере, вдвое сильнее вас и, кроме того, мне бояться нечего, потому что вам и потом нельзя жаловаться: ведь не
захотите же вы предать в самом деле вашего
брата?
Я говорил только к тому, что на совести вашей ровно ничего не останется, если бы даже… если бы даже вы и
захотели спасти вашего
брата добровольно, так, как я вам предлагаю.
Левин, которого давно занимала мысль о том, чтобы помирить
братьев хотя перед смертью, писал брату Сергею Ивановичу и, получив от него ответ, прочел это письмо больному. Сергей Иванович писал, что не может сам приехать, но в трогательных выражениях просил прощения у брата.
— Земли у нас, барин, десятина на душу. Держим мы на три души, — охотно разговорился извозчик. — У меня дома отец, брат, другой в солдатах. Они управляются. Да управляться-то нечего. И то
брат хотел в Москву уйти.
Тюфяев был в открытой связи с сестрой одного бедного чиновника. Над братом смеялись,
брат хотел разорвать эту связь, грозился доносом, хотел писать в Петербург, словом, шумел и беспокоился до того, что его однажды полиция схватила и представила как сумасшедшего для освидетельствования в губернское правление.
— Точно так они говорили за четыре дня назад:
брат хотел взбунтовать мужиков, зажечь завод и выманить Бодростина, а мужики убили бы его.
Неточные совпадения
— Теперь отделяйтесь, паны-братья! Кто
хочет идти, ступай на правую сторону; кто остается, отходи на левую! Куды бо́льшая часть куреня переходит, туды и атаман; коли меньшая часть переходит, приставай к другим куреням.
— Мы никогда еще, — продолжал длинный жид, — не снюхивались с неприятелями. А католиков мы и знать не
хотим: пусть им черт приснится! Мы с запорожцами, как
братья родные…
Потом
хотела что-то сказать и вдруг остановилась и вспомнила, что другим назначеньем ведется рыцарь, что отец,
братья и вся отчизна его стоят позади его суровыми мстителями, что страшны облегшие город запорожцы, что лютой смерти обречены все они с своим городом…
Хотел один другого спросить: «Что, пане-брате, увидимся или не увидимся?» — да и не спросили, замолчали, — и загадались обе седые головы.
То видя, говорит, как путный, Мишка другу: // «Приляг-ка,
брат, и отдохни, // Да коли
хочешь, так сосни;